Катя смотрела на его спину — широкую, но чуть ссутуленную, как будто он нёс на себе невидимый груз. Она любила этого мужчину. Любила его за доброту, за умение рассмешить её даже в самый паршивый день, за то, как он обнимал её по ночам, шепча, что всё будет хорошо. Но сейчас она не видела в нём того Олега. Перед ней стоял человек, который снова выбрал не её.
— Я устала, — наконец сказала она, её голос был едва слышен. — Устала быть на втором месте.
— Катя… — начал он, но она подняла руку, останавливая его.
— Не надо. Я не хочу сейчас говорить.
Она вышла из кухни, чувствуя, как половицы старой квартиры скрипят под ногами. В спальне она закрыла дверь, прислонилась к ней спиной и медленно сползла на пол. Слёзы текли беззвучно, оставляя мокрые дорожки на щеках.
Их история началась семь лет назад, в кафе на Невском, где Катя случайно пролила кофе на рубашку Олега. Он тогда только рассмеялся, сказал, что это судьба, и предложил ей сходить на свидание, чтобы «отмыть его репутацию». Она согласилась, хотя обычно не верила в такие случайности. Через год они поженились, а ещё через год сняли эту однокомнатную квартиру в спальном районе Петербурга.
Квартира была тесной, с обшарпанными обоями и вечно текущим краном, но они сделали её своей. Катя повесила яркие шторы, Олег смастерил полки для её книг. Они мечтали о большем — о квартире, где будет место для детской, о саде за окном, о жизни, где не придётся считать каждую копейку. Ради этого они работали, откладывали, строили планы.
Но семья Олега всегда была где-то рядом. Его родители, живущие в старом доме на окраине Ленобласти, постоянно нуждались в помощи. То забор упал, то котёл сломался, то сестра Олега, Света, просила занять денег «на пару недель». Катя никогда не возражала — поначалу. Она понимала, что семья важна, и даже старалась подружиться с его родителями. Но каждый раз, когда она пыталась сблизиться, мать Олега, Тамара Ивановна, смотрела на неё с лёгким прищуром, будто оценивая, достойна ли эта городская девчонка её сына.
— Ты же знаешь, Олежек у нас золотой, — как-то сказала Тамара Ивановна за ужином, намазывая масло на хлеб. — Ему нужна жена, которая будет заботиться о нём, как я.
Катя тогда только улыбнулась, проглотив колкость. Но такие слова копились, как камни в карманах, и с каждым годом их становилось всё тяжелее нести.
Олег, казалось, не замечал напряжения. Он был уверен, что его семья и Катя — это одно целое, что они все должны помогать друг другу. И Катя пыталась соответствовать. Она ездила с ним в деревню, помогала красить забор, готовила обеды для всей родни, когда те собирались на праздники. Но каждый раз чувствовала себя чужой.
А потом начались деньги. Сначала небольшие суммы — на лекарства для отца Олега, на школьные принадлежности для племянника Светы. Катя не спорила, хотя внутри всё кипело. Но этот случай с ремонтом… Это было слишком.
