— Спасибо тебе, золотце! Знала, что не подведёшь.
Когда дверь за ней захлопнулась, Анна опустилась на стул и долго сидела, глядя в окно. Первый снег кружился лениво, таял, не касаясь земли. Вот и она — тает каждый раз, как только кто-то из этой семьи просит.
Три месяца подряд визиты шли по расписанию, будто коммунальные платежи. То лекарства подорожали, то Артёму нужно «взять курсы по SMM», то «внезапно» пришёл счёт за воду. Каждый раз — одно и то же лицо, тот же тяжёлый вздох, та же жалоба.
Анна перестала злиться. Просто вынимала деньги. — Мама опять приходила, — говорила она вечером мужу. — Ну и что? — отвечал Дима спокойно. — Поможем, если можем. Он же брат мой.
Вот это «если можем» она скоро возненавидела. Потому что «можем» превращалось в «должны».
Их квартира медленно пустела — не вещами, а воздухом. Всё, что раньше было уютом, теперь стало фоном для бесконечных «мама звонила», «надо перевести», «попросила немного».
Когда проект, над которым Анна трудилась полгода, наконец-то завершился, ей хотелось устроить что-то вроде праздника. Без поводов, без намёков — просто вечер нормальной семьи. Она сама позвонила Галина Петровне: — Приходите завтра, и Артёма возьмите. Посидим вместе.
Свекровь обрадовалась подозрительно быстро.
В субботу с утра в квартире пахло жареным мясом, приправами и чем-то домашним, забытым. Дмитрий бегал по кухне, помогал как мог, шутил, смеялся. Анна смотрела на него и ловила себя на мысли — вот, так бы всегда.
Ровно в семь — звонок. На пороге — свекровь и Артём.
Парень выглядел усталым и неухоженным: волосы жирные, глаза мутные, рубашка явно не по размеру. — Привет, Тёма, — улыбнулась Анна. — Нормально, — буркнул он, даже не глядя в глаза.
За столом разговор шёл вяло. Анна рассказывала о работе, о проекте. Дмитрий гордо вставил: — Знаешь, мама, Анькин проект принёс компании больше миллиона чистыми!
Анна даже вздрогнула. Зачем он это сказал?
Галина Петровна будто окаменела. — Миллион? — переспросила, прищурившись. — Это вы так, за один проект?
— Ну да, — улыбнулся Дмитрий. — Аня у нас молодец.
Молодец. Это слово отозвалось в воздухе, как пощёчина. Галина Петровна сидела молча, потом хмыкнула: — Вот это да… у кого-то и судьба, и ум, и деньги.
Артём оживился, глаза его загорелись каким-то нехорошим интересом. — Миллион, говорите… круто.
Анна почувствовала, как от их взглядов хочется спрятаться.
Вечер тянулся как жвачка. Все улыбались, но натянуто, как на семейных фото из старых альбомов, где все делают вид, что счастливы.
Когда гости собрались уходить, Галина Петровна задержалась у двери. — Анечка, этот миллион… он ведь твой? — Ну, да. Я ж руководила проектом. — Понятно, — сказала она как-то странно. — Хорошо живёте.
Наутро было тихо. Даже слишком. Анна сидела на балконе с кружкой кофе и слушала, как за окном дворники скребут асфальт. Осень плавно переходила в зиму — серая, промозглая. «Вот бы так всегда, — подумала она, — без звонков, без визитов».
