— Хватит. ХВАТИТ! — он ударил кулаком по столу, отчего звенела посуда. — Я больше не позволю ей разрушать нашу жизнь!
Тетя Шура вздрогнула.
— Она… она всегда была такой, — прошептала она. — Ещё с детства. Если что-то не по ней — сразу в драку.
— Почему ты молчала раньше? — спросила Даша.
Максим вдруг поднял голову.
Тетя Шура медленно вынула из сумки старую тетрадь.
— Потому что у меня есть это.
Она открыла тетрадь на закладке. Там были записи — даты, суммы, имена.
— Это… мамины «схемы». Как она отсудила дом у сестры. Как выжила бабушку из квартиры. Все расписано.
Даша и Максим переглянулись.
— Ты готова дать показания? — спросил он.
Суд длился недолго. Людмила Петровна так и не появилась на заседаниях — «по состоянию здоровья». Но тетя Шура, соседи, коллеги Максима — все подтвердили манипуляции и угрозы.
Исковое заявление об алиментах было отклонено. Более того — суд запретил Людмиле Петровне приближаться к их дому.
Когда они вышли из здания суда, светило яркое солнце.
— Это конец? — спросила Даша.
Максим взял ее за руку.
Они пошли по улице, не оглядываясь.
А в кармане у Даши лежал ключ от их дома — теперь уже навсегда.
Через год на даче появилась новая табличка: «Участок охраняется. Посторонним вход воспрещен.»
А в соцсетях Людмила Петровна продолжала писать гневные посты о неблагодарных детях.
Но теперь под ними было всего три комментария.
И все три — от родственников, которые наконец перестали бояться.
