На следующее утро мы молча ехали в машине. Я смотрела в окно на мелькающие улицы, а Сергей нервно барабанил пальцами по рулю. В конторе нотариуса, удивительно скромной и неприметной, пахло старыми книгами и пылью.
Нотариус, пожилая женщина с строгим лицом, протянула мне несколько документов.
— Завещание было составлено два года назад и заверено мною. Екатерина Викторовна завещала все свое имущество, без каких-либо исключений, своей племяннице, Алине Сергеевне. Вот опись имущества.
Я пробежала глазами по строчкам. Старая двухкомнатная квартира в центре, 48 кв. м. по адресу. И… я протерла глаза, перечитала еще раз. Сумма на банковском вкладе. Очень крупная сумма. Цифра с большим количеством нулей. У меня подкосились ноги.
— Это… ошибка? — выдохнула я. — Откуда у нее такие деньги?
— По нашим данным, госпожа Зайцева несколько лет назад продала дачный участок, доставшийся ей от родителей, — монотонно объяснила нотариус. — Все вырученные средства были размещены на депозит. Проценты капитализировались. Ошибки нет. Поздравляю.
Я обернулась на Сергея. Он стоял бледный, с абсолютно пустым взглядом, уставившись в бумагу. Он молча взял ее из моих рук, изучил и медленно, очень медленно поднял на меня глаза. В них было шоковое недоумение, смятение, а потом — чистейший, неприкрытый восторг.
— Алина… — его голос сорвался на шепот. — Да ты посмотри… Это же… Это же целое состояние! Мы богаты!
Он схватил меня за руки и расцеловал, не обращая внимания на сдержанный кашель нотариуса. Его энтузиазм был заразителен, но внутри меня все еще клокотала непонятная тревога. Эти деньги пахли не счастьем, а чем-то другим.
Мы вышли на улицу, и Сергей, не в силах сдержать эмоций, засмеялся, глядя на серое небо.
— Представляешь? Ипотека! Мы можем внести первоначальный хоть завтра! А может, и вообще квартиру получше присмотреть? И на машину мою мечту останется! Тетя твоя — золотой человек!
Он болтал без остановки, строя планы, а я лишь кивала, стараясь разделить его радость. Но в горле стоял ком. Мы сели в машину и поехали домой. Сергей все продолжал и продолжал, и я уже начала потихоньку успокаиваться, поддаваться его настроению. Может, и правда, все будет хорошо? Наконец-то нам улыбнулась удача.
Мы подъехали к нашему дому. И тут мой телефон снова зазвонил. Свекровь.
Я вздохнула и ответила.
— Алина, ты где? — голос Галины Ивановны звучал неестественно возбужденно. — Я тебя полчаса назад с работы ждала! Вы с Сергеем где пропадаете?
— Мы… по делам ездили, — смущенно ответила я, переглянувшись с мужем.
— По каким таким делам? — ее тон стал жестче. — Мне тут соседка Людмила звонила. Говорит, видела, как вы с нотариальной конторы на Садовой вышли. У них там офис как раз. Что случилось? У вас проблемы что ли? Завещание там какое-то составляете?
Я замерла с телефоном у уха, глядя на побелевшее лицо Сергея. Он все слышал. Слово «нотариус» прозвучало как выстрел.
Свекровь выдержала паузу, и ее голос прозвучал уже сладковато-ядовито, с непередаваемым оттенком любопытства и алчности.
