— Лидия Петровна, — тихо, но четко начала Марина. Голос ее немного дрожал, но она заставила себя говорить. — Мне жаль, что вы оказались в такой ситуации. Искренне жаль. Но я не понимаю одного. Почему вы решили, что это моя прямая обязанность — решать ваши финансовые проблемы?
В комнате повисла гробовая тишина. Казалось, даже часы на стене перестали тикать. Лидия Петровна смотрела на невестку с таким изумлением, будто та заговорила на незнакомом языке. Она явно ожидала слез, оправданий, но не холодного, логичного вопроса.
Алексей поднял голову, его взгляд метнулся от матери к жене. На его лице читался ужас от того, что тихая, обычно уступчивая Марина посмела огрызнуться.
Первой опомнилась свекровь. Ее лицо снова исказилось от злости.
—Ах, так? — прошипела она. — Значит, как чужая, так сразу? Ну смотри, Маринка, смотри. Колесо жизни крутится. Посмотрим, как ты запоешь, когда у вас беда случится!
Эта фраза прозвучала как проклятие. Марина медленно поднялась с кресла. Она больше не могла здесь находиться. Воздух был отравлен ненавистью и корыстью.
— Лёша, я пошла, — сказала она мужу, не глядя на него. — Мне нужно проверить Кирилла.
Она повернулась и пошла к выходу, не оглядываясь на крики свекрови, которая начала орать уже Алексею: «Вот видишь! Видишь, какая у тебя жена! Бросила нас в беде!»
Марина вышла на лестничную площадку, захлопнув за собой дверь. Она прислонилась лбом к холодному стеклу оконного проема и закрыла глаза, пытаясь заглушить гул в ушах. Она понимала — это только начало. Самое страшное было впереди. И главный удар, она это чувствовала, должен был последовать не от свекрови, а от собственного мужа.
Марина не помнила, как дошла до машины и отъехала от дома свекрови. Перед глазами стояло бледное, растерянное лицо Алексея, а в ушах звенел его голос, так и не произнесший ни слова в ее защиту. Она ехала по темным улицам, и каждая кочка на дороге отдавалась болью в уже сжатом в комок сердце.
Войдя в квартиру, она услышала из комнаты Кирилла звуки игры на компьютере. Обычный, мирный шум их дома. Он обернулся на ее шаги.
—Мам, ты что так быстро? Где папа?
— Папа… скоро приедет, — с трудом выдавила Марина, снимая пальто. Руки дрожали. — У дедушки с бабушкой некоторые проблемы. Взрослые проблемы.
— Опять? — вздохнул Кирилл, и в его голосе прозвучала усталая понимание, от которого у Марины сжалось сердце. Дети всегда чувствуют напряжение. — Ну ладно. Я уроки почти все сделал.
— Молодец, — Марина прошла на кухню. Вечерний уют был безнадежно испорчен. Пирог на столе застыл нетронутым, напоминая о том счастливом моменте, который был всего пару часов назад. Она машинально начала убирать со стола, но движения были резкими, угловатыми. Тарелка выскользнула из рук и со звоном разбилась о пол.
В этот момент в квартире послышался звук ключа в замке. Вошел Алексей. Он выглядел совершенно разбитым. Шаги его были тяжелыми.
— Пап, привет! — крикнул Кирилл из комнаты.
— Привет, сынок, — голос Алексея был хриплым от усталости.
