Алина аккуратно раскладывала салфетки на кухонном столе. За окном моросил осенний дождь, а в кастрюле на плите тихо булькал суп — её фирменный, с укропом и чесноком. Она знала, что Дмитрий любит его, особенно после тяжелого дня.
Но сегодня «тяжелый день» явно перешел в «невыносимый». Дверь захлопнулась с такой силой, что дрогнула посуда в шкафу.
— Опять этот бардак! — Дмитрий швырнул портфель на диван, даже не поздоровавшись.
Алина вздохнула. Она уже привыкла к таким входам.
— Ужин почти готов, — сказала она спокойно. — Переоденешься?
— Какая разница, во что я одет? — он грубо отдернул стул и плюхнулся за стол. — Ты вообще понимаешь, что творится? Мама звонила!
Алина медленно помешала суп. Она знала, о чем пойдет речь.
— Да не просто про деньги! — Дмитрий ударил кулаком по столу. — У неё трубы текут, стены сыреют, а ты тут копишь на какой-то садик!
— Наш садик, — тихо поправила Алина. — Для нашего сына.
— Да хватит уже! — он вскочил, глаза горели злостью. — Мама столько для нас сделала! А ты ведешь себя как последняя эгоистка!
Алина опустила ложку. В груди закипало, но голос оставался ровным.
— Мы три года копили. Ты сам говорил, что это важно.
— Важнее помочь родной матери! — он наклонился к ней, будто хотел прижать к стене. — Или ты забыла, кто тебя замуж взял? Кто квартиру помогал покупать?
Алина сжала кулаки. Вспомнила, как Светлана Ивановна при каждом визите напоминала: «Без нас ты бы в коммуналке гнила».
— Я ничего не забыла, — прошептала она. — Но эти деньги не твои и не её. Они — наши.
Дмитрий фыркнул, будто услышал глупую шутку.
— Ладно. Раз ты такая умная, мама сама приедет и объяснит, как надо себя вести.
Тишина повисла густым, липким комом. Алина медленно подняла глаза.
— Пусть приезжает, — сказала она так тихо, что Дмитрий на секунду замер. — Но пусть потом не жалеет.
— Ого! Да ты совсем оборзела! Ну ладно, посмотрим, как ты будешь выть, когда она здесь окажется.
Алина ничего не ответила. Просто выключила плиту, налила себе чай и вышла из кухни.
А в голове уже крутилась мысль: «Хорошо. Пусть приезжает. Но играть будем по моим правилам».
Дверь спальни тихо щёлкнула за Алиной. Она присела на край кровати, ладонями обхватив горячий стакан чая. Через тонкую стенку доносился голос Дмитрия — он говорил громко, нарочито четко, чтобы она слышала.
— Да, мам, всё именно так… Нет, не слушает… Да я уже всё пробовал!
Алина закрыла глаза. В голове всплыло лицо Светланы Ивановны — тонкие поджатые губы, холодный взгляд, оценивающий каждую пылинку в её доме.
— Конечно, приезжай! — Дмитрий почти кричал. — Она должна понять, кто здесь главный!
Стакан дрогнул в руках, обжигая пальцы. Алина поставила его на тумбочку и глубоко вдохнула.
В коридоре раздались тяжёлые шаги. Дмитрий распахивал дверь без стука — привычка, которую она так и не смогла в нём изменить.
— Мама будет завтра к обеду, — бросил он, ухмыляясь. — Готовься.
Алина медленно подняла голову.
— Вот и славно, — он повернулся к выходу, но задержался на пороге. — И да… Она не одна.
