Перевозили вещи действительно втроём. В машине было неловко, но без яда. В квартире свекрови пахло старой мебелью, пылью и какими-то цветами на подоконнике — и Света вдруг очень ясно увидела: да, ей там действительно было одиноко.
Но одинокие люди не должны жить чужой жизнью. Они должны строить свою.
Когда они вернулись домой, Андрей подошёл к Свете на кухне. Сел рядом.
— Спасибо, — тихо сказал он. — Правда.
Света посмотрела на него. И впервые за долгое время почувствовала — можно дышать.
Она не стала говорить «всё будет хорошо». Потому что никто не знает, что будет.
— Нам надо учиться говорить. Вместе. До того, как станет поздно.
И это было лучше любых клятв.
Ночью Света лежала в своей кровати и наконец ощущала дом — снова домом.
Не идеальным. Не сказочным. А живым. Настоящим. С конфликтами, ошибками, уязвимостями.
И с тем фактом, что она не сдалась.
Она не дала себя вытеснить. Не сказала «ладно, пусть будет как вам удобно». Она выбрала себя — и при этом не разрушила всё.
И это было сильнее победы.
