— Есть, — кивнула адвокат. — Но нужно подготовиться. Собрать все свидетельства ваших трат на квартиру — не только ипотеку, но и ремонт, мебель, технику. Желательно найти свидетелей, которые подтвердят, что он не помогал вам с дочерью после развода.
Елена кивала, запоминая. Впервые за долгое время она чувствовала, что может победить. Что справедливость — не просто красивое слово. Что можно отстоять своё право на дом, который она сохранила такой ценой.
Вечером, вернувшись домой, Елена застала Катю с какими-то распечатками.
— Что это? — спросила она.
— Я нашла в интернете статьи о разделе ипотечных квартир, — ответила дочь. — Там написано, что суд обычно учитывает интересы ребёнка. И я готова выступить свидетелем, если нужно.
— Спасибо, милая. Но тебе не придётся этого делать. Я сама справлюсь.
Катя обняла её в ответ:
— Ты сильная, мам. Я знаю, что ты справишься.
В эти слова дочери Елена вцепилась как в спасательный круг. Да, она справится. Впервые в жизни она не уступит, не будет искать компромисса там, где компромисс означает потерю всего, что ей дорого.
Две недели пролетели в вихре подготовки. Елена собрала все документы, нашла свидетелей, проконсультировалась с Ириной Алексеевной о стратегии защиты. Даже в самые тревожные минуты, когда она просыпалась среди ночи в холодном поту, ей помогала мысль, что она делает всё правильно. Что защищать свой дом — не прихоть, а необходимость. Ради себя и ради дочери.
В ночь перед судом Елена долго не могла заснуть. Ворочалась, представляя разные сценарии, повторяя аргументы. Около трёх ночи встала, прошла на кухню. Налила себе воды.
На холодильнике висела старая фотография — Катя в шесть лет, с косичками и щербинкой между передними зубами, улыбается в камеру. Тогда они только въехали в эту квартиру.
Елена коснулась пальцами фотографии. Ради этой улыбки стоило бороться. И она боролась.
Судебный процесс длился три месяца. За это время Андрей дважды пытался надавить через свекровь, а один раз предложил мировое соглашение — разменять квартиру на две однушки. Елена отказалась. Ирина Алексеевна подготовила убедительную позицию, собрала все доказательства, что последние годы ипотеку оплачивала только Елена.
Решающим стало заключение финансовой экспертизы, которая подтвердила, что последние два с половиной года платежи по ипотеке вносились исключительно с карты Елены. Важную роль сыграли и характеристики с работы, и свидетельство классного руководителя Кати, которая подтвердила, что отец не принимал участия в жизни дочери все эти годы.
В итоге суд учел интересы несовершеннолетней Кати и оставил квартиру Елене с обязательством выплатить бывшему мужу компенсацию за его долю — гораздо меньшую, чем он требовал. Первый взнос помог сделать Олег Сергеевич, давший беспроцентную ссуду под расписку. «Вернёшь, когда сможешь,» — сказал он просто. Ещё часть заняла Наталья. Остальное Елена обязалась выплатить в рассрочку на два года.
Когда она вышла из здания суда с решением на руках, Катя крепко обняла её.
