— Новая жизнь, новая девушка, — пожал плечами Григорий. — Ему, наверное, стыдно за нас перед ней.
Марина всплеснула руками.
— Но мы столько для него сделали! Мы любим его!
Григорий промолчал. Что-то подсказывало: дело не только в девушке. Что-то сломалось гораздо раньше.
Вечером, когда они уже легли, Марина повернулась к нему в темноте.
— Гриш, мне страшно. Мне кажется, мы его теряем.
— Перестань. Просто новая девушка, первая любовь… Это пройдёт.
Телефон Григория завибрировал. Сообщение от Дениса: «Нужно поговорить. Завтра после работы».
На следующий день Григорий вернулся раньше обычного, предчувствуя неладное. Марина была на работе — педсовет в школе. В квартире непривычно тихо, только настенные часы отсчитывали минуты.
Звонок в дверь раздался ровно в шесть. Денис стоял на пороге — один, без Анны. Глаза холодные, отчуждённые.
— Привет, — он прошел внутрь, оглядываясь, словно оценивал обстановку. — Мама на работе?
— Педсовет, — кивнул Григорий. — Что-то случилось?
Денис сел на диван, не снимая куртки. Вертел в руках телефон, будто не решаясь начать разговор.
— Пап, помнишь, ты всегда говорил, что хочешь, чтобы у меня всё было лучше, чем у вас?
Григорий насторожился.
— Мне выпал реальный шанс, — Денис поднял глаза. — Анин отец предлагает нам помочь с покупкой квартиры. Маленькой, в новостройке. Но нужен первоначальный взнос.
— Какой еще взнос? — опешил Григорий.
— Триста тысяч, — Денис произнес это так, будто речь шла о мелочи. — Анин отец остальное берет на себя, это реально выгодно.
— Мы с Анной хотим жить вместе, — Денис прошёл в комнату, даже не разуваясь. — Её отец обещал помочь, но нужно внести первоначальный взнос. Триста тысяч.
Григорий опустился в кресло.
— Сынок, у нас нет таких денег. Ты же знаешь…
— Знаю, — перебил Денис. — Можно взять кредит.
— Какой кредит? У нас уже есть ипотека! — Григорий чувствовал, как поднимается волна раздражения. — И потом, вы только месяц встречаетесь. Это серьёзное решение.
— Анна — серьёзная девушка, — отрезал Денис. — А я не хочу жить в общаге, как нищеброд.
Слово «нищеброд» резануло слух. Когда сын научился так говорить?
— Денис, послушай, — Григорий старался говорить спокойно. — Мы с мамой всю жизнь работали, чтобы дать тебе всё необходимое. Мы брали ипотеку, чтобы у тебя была своя комната. Тратили последнее на твои секции, репетиторов…
— А может, я вас об этом не просил? Может, это было ваше решение?
— Да-да, — Денис закатил глаза. — «Мы всё для тебя делали». Слышал уже сотню раз.
— Потому что это правда! — не выдержал Григорий. — Мы отказывали себе во всём!
— А может, я вас об этом не просил? — Денис подошёл к окну. — Может, это было ваше решение?
Григорий смотрел на сына, не узнавая его. Где тот мальчик, который приходил в восторг от простой модели самолёта? Который обнимал его после рабочего дня? Который доверчиво рассказывал о своих мечтах?
