Прошло три недели. Телефон молчал, лишь иногда приходили короткие сообщения в общий чат. «Всё нормально», «Учусь», «Занят».
— Может, позвонить ему? — спрашивала Марина каждый вечер, листая цифровую фоторамку с детскими фотографиями.
— Не надо, — отвечал Григорий. — Пусть сам выйдет на связь, когда захочет.
В последний день сентября телефон Григория наконец зазвонил.
— Пап, я тут познакомился с девушкой, — голос Дениса звучал оживленно. — Анна, с экономического. Мы встречаемся.
— Рад за тебя, — ответил Григорий, выпрямляясь в кресле. — Серьёзно всё?
— Не знаю… Наверное, — Денис помедлил. — Слушай, можно мы с ней на выходных приедем? Хочу вас познакомить.
Сердце Григория дрогнуло.
— Конечно, сынок. Мама будет счастлива.
— Круто. И ещё… — в голосе сына появились новые нотки. — Мне нужно купить мотоцикл. Нашёл Yamaha YBR125, всего за сто двадцать тысяч. Почти новый.
Григорий помрачнел. Как объяснить, что у них нет лишних денег? Ипотека, которую они взяли семь лет назад, чтобы расширить жилплощадь для растущего сына, до сих пор забирала треть их дохода.
— Денис, это большая сумма. Мы не можем сейчас…
— Но мне очень нужно! — перебил сын. — Все нормальные пацаны на колёсах. У Анны вон отец вообще «Мерседес» подарил.
— Мы не можем сравниться с её отцом, — ответил Григорий твёрдо. — У нас ипотека, кредит…
— Да помню я ваши вечные кредиты! — в голосе Дениса зазвенела злость. — Вечно у вас нет денег на что-то стоящее!
— Не буду! Я не маленький. Если не хотите помогать, сам справлюсь.
Денис сбросил звонок. Григорий долго смотрел на погасший экран телефона, ощущая, как быстро рушится то, что они строили годами.
В субботу они всё-таки приехали. Денис и красивая светловолосая девушка с холодными оценивающими глазами. Марина суетилась на кухне, готовила лучшие блюда, доставала из холодильника домашние заготовки — вяленые помидоры, солёные огурцы.
— Анечка, вы ешьте, не стесняйтесь, — говорила она, подкладывая девушке то одно, то другое.
— Спасибо, я на диете, — отвечала та, едва притрагиваясь к еде.
Денис сидел, откинувшись на спинку стула, и разглядывал квартиру так, словно видел её впервые. И словно не одобрял увиденного.
— А у вас тут… уютно, — произнесла Анна, и в этой паузе слышалось невысказанное «скромно».
— Да мы люди простые, — улыбнулась Марина. — Гриша — инженер на заводе, я в школе преподаю литературу.
— А, учительница, — кивнула Анна. — Теперь понятно, почему у Дениса такой богатый словарный запас.
Но комплиментом это не звучало.
После ужина молодые люди быстро засобирались. «У нас ещё дела в городе,» — бросил Денис. Марина растерянно смотрела, как сын торопливо обувается, как Анна поправляет дорогую причёску перед зеркалом в прихожей.
— Может, ещё чаю? — предложила она.
— Не надо, мам. Мы поехали.
Они ушли, оставив после себя запах дорогих духов и ощущение пустоты. Григорий сел в кресло, глядя на недоеденный ужин.
— Что с ним происходит? — тихо спросила Марина. — Он так смотрел… будто мы чужие.
