— Я просто хочу помочь, дорогая. Знаешь, мужчину нужно уметь удержать. Готовить вкусно, создавать уют, не пилить по мелочам. Я Андрюшу воспитывала одна после того, как муж ушёл, знаю, как трудно. Но я справилась, вырастила прекрасного сына. И хочу, чтобы он был счастлив.
В этот момент Марина поняла. Это была не просто навязчивая забота. Это была война. Тихая, подковёрная, но война. Тамара Ивановна метила в главнокомандующие их семьи, а Марину видела в лучшем случае рядовым, которым можно командовать.
Андрей вернулся поздно, когда Марина уже лежала в постели, уставившись в потолок. Он тихо разделся и лёг рядом.
— Спишь? — шёпотом спросил он.
— Мама сказала, вы сегодня разговаривали. Она волнуется за нас.
Марина повернулась к нему. В темноте она не видела его лица, только силуэт.
— Андрей, так больше не может продолжаться. Твоя мама… она захватывает нашу жизнь. — Не преувеличивай. Она просто хочет помочь. И потом, это временно, пока ремонт.
— А ты уверен, что ремонт вообще есть? — вырвалось у Марины.
Андрей приподнялся на локте.
— Что за бред? Конечно, есть! Мама не стала бы врать.
— А позвонить в её квартиру и проверить?
— Марина, ты с ума сошла? Я не буду проверять родную мать!
Он отвернулся, давая понять, что разговор окончен. Марина снова уставилась в потолок. В гостиной работал телевизор — Тамара Ивановна смотрела ночной сериал. И Марина знала, что завтра всё повторится. И послезавтра. И через неделю.
Утро началось с запаха горелого. Марина выскочила из спальни и обнаружила на кухне Тамару Ивановну, которая растерянно смотрела на сковородку с чем-то чёрным и дымящимся.
— Ой, Мариночка, прости! Я яичницу хотела приготовить, отвлеклась на минутку…
Кухня была в дыму. Марина открыла окно, выключила плиту, выбросила сгоревшую еду. Тамара Ивановна всё это время причитала и оправдывалась, но Марина видела в её глазах странный блеск. Будто она была довольна произведённым эффектом.
— Ничего страшного, — устало сказала Марина. — Бывает.
— Ты такая понимающая! Андрюше повезло. Хотя, знаешь, его бывшая, Леночка, та вообще готовить не умела. Зато какая красавица была! И из хорошей семьи, родители — врачи.
Марина замерла. Андрей никогда не рассказывал ей о Леночке. Он вообще говорил, что серьёзных отношений у него до неё не было.
— Они три года вместе были, — продолжала Тамара Ивановна, будто не замечая реакции Марины. — Я думала, поженятся. Но что-то не сложилось. Хотя она до сих пор звонит иногда, интересуется, как Андрюша. Недавно вот звонила, спрашивала, не женился ли он.
Это был удар ниже пояса. Марина понимала, что свекровь бьёт наверняка, в самое больное место — в женскую неуверенность, в страх быть недостаточно хорошей.
— Я на работу, — сухо сказала Марина и ушла в кабинет.
Но работать она не могла. Мысли крутились вокруг таинственной Лены, которая была красавицей из хорошей семьи и до сих пор интересовалась Андреем. Марина понимала, что это манипуляция, но червячок сомнения уже начал свою разрушительную работу.
