— Может быть, я эгоистка. Но я больше не буду жить в доме, где меня не уважают. Решай сам. Либо ты найдёшь другой способ помочь матери, либо я снова уйду. Но на этот раз — насовсем.
Игорь смотрел на неё, и в его глазах был шок. Он не ожидал ультиматума. Он привык, что она уступает.
— Ты серьёзно готова развестись из-за этого?
— Я серьёзно готова развестись из-за того, что ты не видишь во мне равного партнёра. Для тебя моё мнение ничего не значит. А мама всегда права. Но это не семья, Игорь. Это ты и твоя мама, а я — приложение.
Он молчал. Потом взял телефон и вышел на балкон. Валерия слышала обрывки разговора:
— Мам, не получится… Лера не согласна… Да, я понимаю, но… Наймём сиделку, я оплачу… Мам, не плачь, пожалуйста…
Когда он вернулся, лицо у него было бледным.
— Я договорился. Приедет сиделка. Я всё оплачу сам.
Валерия медленно выдохнула. Маленькая победа. Но какой ценой?
Через неделю Тамара Ивановна позвонила ей напрямую. Валерия долго смотрела на высветившееся имя, прежде чем ответить.
— Леночка, — голос свекрови был мягким, почти ласковым. — Я хотела с тобой поговорить. По душам.
— Я понимаю, что я вам с Игорьком мешаю. И что тебе неудобно со мной. Но пойми и ты меня, пожалуйста. Игорь — это всё, что у меня есть. Я его одна вырастила, без мужа. Я в нём всю душу. И мне страшно, что я его теряю.
Валерия почувствовала, как внутри что-то дрогнуло. Впервые за всё время она услышала в голосе Тамары Ивановны не претензию, а искреннюю боль.
— Тамара Ивановна, вы его не теряете. Он вас любит. Но у него теперь есть ещё и я. И мы можем все ужиться, если будем уважать границы друг друга.
— Я знаю. Я просто… не умею по-другому. Для меня забота — это контроль. Так меня воспитывали.
— Но Игорь уже взрослый. И он создал свою семью. Вы можете быть частью нашей жизни. Но не всей нашей жизнью.
Свекровь молчала. Потом тихо сказала:
— Я попробую. Я правда попробую быть… мягче. Но и ты, пожалуйста, не отбирай у меня сына совсем.
— Я и не собираюсь. Приезжайте в гости на выходные. Мы будем рады.
Повесив трубку, Валерия почувствовала странное облегчение. Это не было решением всех проблем. Но это был первый шаг. Маленький, неуверенный, но шаг.
Вечером Игорь обнял её.
— Нормально. Мы договорились.
Он крепче прижал её к себе.
— Прости меня. За всё. Я правда не понимал, как тебе тяжело. Я просто привык, что мама всегда рядом. И думал, что так и должно быть.
— Да. Я научусь. Обещаю.
Валерия верила, что он постарается. Это не означало, что всё будет идеально. Тамара Ивановна не изменится за день. И Игорь не станет идеальным мужем, который всегда встаёт на сторону жены. Но они начали разговор. Честный, без недосказанности. И это было важнее любых обещаний.
Месяц спустя Тамара Ивановна приехала в гости на выходные. Она принесла пирог, который сама испекла, и букет цветов для Валерии.
— Лерочка, я на два дня. Не хочу мешать.
Валерия приняла цветы и улыбнулась. Не натянуто, а по-настоящему.
— Проходите, Тамара Ивановна. Чай уже готов.
