— Ну как же не голодна? После работы нужно поесть. Садись, садись, — Галина Петровна засуетилась. — Я тут с Игорем поговорила. Мы решили, что дачу оформим только на него. Так надежнее. Ты же понимаешь, милая?
— Мы решили? — Наталья посмотрела на мужа. — Игорь, это правда?
Он наконец поднял глаза:
— Наташ, ну какая разница? Дача все равно будет наша.
— Если наша, то почему не оформить на двоих?
— Потому что это глупо! — вмешалась свекровь. — Лишние траты на оформление. И вообще, что за недоверие к мужу?
Наталья почувствовала, как внутри поднимается волна гнева. Хватит. Хватит терпеть, молчать, делать вид, что все в порядке.
— Недоверие? — она встала. — Это вы мне не доверяете с первого дня! Я для вас всегда была чужой, временной. А знаете что? Мне надоело это доказывать!
— Наташа! — Игорь тоже встал. — Успокойся!
— Не буду я успокаиваться! — голос сорвался на крик. — Три года я терплю унижения, оскорбления, проверки! Три года твоя мать тыкает мне в лицо, что я недостаточно хороша для ее сына! А ты молчишь!
— Вот видишь, Игорек, — Галина Петровна всплеснула руками. — Истеричка! Я же говорила!
— Я вам покажу истеричку! — Наталья схватила свою сумку. — Живите вдвоем! Готовьте друг другу котлеты, оформляйте наследство! А я ухожу!
— Наташа, стой! — Игорь попытался ее удержать.
— Не трогай меня! Ты сделал свой выбор. Мамочка важнее жены — ну и прекрасно! Может, она и внуков тебе родит!
Наталья выбежала из квартиры, не слушая, что кричал вслед муж. На улице было холодно, но она не чувствовала. Шла быстро, почти бежала, пока не оказалась в сквере неподалеку. Села на лавочку и разрыдалась.
Телефон звонил не переставая. Игорь. Она сбрасывала вызовы. Потом пришло сообщение: «Наташ, прости. Мама ушла. Вернись, поговорим.»
Она усмехнулась сквозь слезы. Мама ушла. До следующего раза. А потом все повторится — упреки, унижения, молчание мужа.
Наталья набрала номер Леры:
— Можно я к тебе приеду? Переночевать.
— Конечно! Что случилось?
— Потом расскажу. Встретишь?
Через полчаса Наталья сидела на уютной кухне подруги, грея руки о кружку с чаем. Лера молча слушала сбивчивый рассказ, иногда кивая.
— Правильно сделала, что ушла, — сказала она наконец. — Пусть подумает.
— А если не подумает? Если выберет мать?
— Тогда оно тебе надо? Жить всю жизнь на вторых ролях?
Наталья знала, что подруга права. Но сердце не слушало доводов разума. Она любила Игоря, любила их общий дом, мечты о детях. Неужели все это придется оставить?
Ночью она почти не спала. Телефон продолжал звонить, но она выключила звук. Утром прочитала сообщения — десятки от Игоря. Он просил вернуться, обещал поговорить с матерью, клялся, что все изменится.
На работу Наталья пошла как во сне. Коллеги косились, но не решались спрашивать. Только Лера периодически заглядывала, приносила чай, печенье.
В обед в офис пришел Игорь. Наталья увидела его через стеклянную дверь — помятый, с красными глазами, с огромным букетом роз. Сердце дрогнуло, но она заставила себя остаться на месте.
