— Ты не бросил её. Ты помог ей встать на ноги. Это важно.
— Прости, что не слышал тебя сразу. Я думал, что защищаю Риту, а на самом деле делал ей только хуже. И тебе тоже.
Альбина прижалась к нему.
— Главное, что ты услышал в итоге. И мы справились.
Они сидели так долго, молча. За окном стемнело, на улице зажглись фонари.
Прошёл месяц. Альбина вернулась с работы и включила чайник. Квартира встретила её тишиной и порядком — такой долгожданной тишиной.
На столе лежал телефон Миши. Он забыл его утром, когда уходил на фабрику. Экран вдруг загорелся — входящий звонок. Альбина глянула на имя: «Рита».
Она подумала секунду, потом подняла трубку.
— Алло? Миша забыл телефон, он на работе.
— Да, я. Что-то случилось?
— Нет, просто… хотела с Мишей поговорить. Но ничего, передай ему, что я звонила.
— Хорошо. Как ты там?
— Нормально. Работаю. Устала, конечно. Но ничего. Вчера зарплату первую получила. Сама заработала.
В её голосе слышалась странная смесь гордости и удивления.
— Это хорошо, — мягко сказала Альбина.
— Да. Слушай, я… я хотела сказать. Спасибо. Что не дали мне сидеть дальше у вас. Я злилась тогда, думала, что вы плохо со мной поступили. А теперь понимаю — вы правильно сделали.
Альбина почувствовала, как что-то тёплое разливается в груди.
— Рита, мы не хотели сделать тебе плохо. Мы хотели, чтобы ты жила своей жизнью.
— Знаю. Теперь знаю, — Рита вздохнула. — Ладно, передай Мише, что я звонила. И что скоро приду в гости. Если можно.
— Конечно можно. Приходи.
Когда разговор закончился, Альбина положила телефон на стол и посмотрела в окно. За стеклом падал первый снег — лёгкий, почти невесомый.
Вечером пришёл Миша. Альбина передала ему, что звонила Рита.
— Просто поговорить. Сказала, что получила первую зарплату. И ещё… поблагодарила нас.
Миша удивлённо поднял брови.
— Правда. Сказала, что теперь понимает — мы правильно поступили.
Миша подошёл к окну, посмотрел на падающий снег.
— Значит, она растёт. Наконец-то.
Альбина встала рядом с ним, и он обнял её за талию.
— Миш, знаешь, я тогда очень боялась, что ты выберешь её. Что скажешь, чтобы я уходила.
— Никогда бы так не сделал, — Миша повернулся к ней. — Ты моя семья. Самая главная. Просто я не сразу понял, где помощь, а где потакание. Но теперь понял.
Они стояли у окна, обнявшись, и смотрели, как снег укрывает город белым одеялом. В квартире было тепло и тихо. Их квартире. Их доме.
И впервые за долгое время Альбина чувствовала себя спокойно.
