Но не на женщину, которая спокойно отрезает по живому. — Поверить не могу… — прошептала свекровь. — Ты хочешь разрушить семью из-за ерунды? Полина посмотрела на неё с той самой холодной ясностью, которая появляется у людей, переживших обман. — Семья — это не бумажка. И не театр. И не ваш контроль. Она разрушилась ровно в тот момент, когда вы вместе решили меня обмануть. Я только фиксирую результат. Миша поднял голову — в глазах у него была смесь страха, стыда и отчаянного желания удержать хотя бы что-то. — Полина… — голос сорвался. — Ну подожди… Дай объяснить… Всё так быстро… — Измена — быстро.
— Попытка подсунуть мне долги — тоже быстро. — Но развод, — Полина слегка усмехнулась, — будет аккуратно, с юристами. Здесь я торопиться не стану. Она обернулась к нотариусу: — Прошу подготовить заявление. Мы подпишем сегодня. Свекровь резко вскинула голову: — А имущество? Квартира? Вы же… вы же не имеете права… Полина спокойно положила на стол небольшую стопку документов: — Я зарегистрирована единственным собственником. Куплено на мои родительские средства. Миша только прописан. Квартира — моя. Подавать на раздел — бессмысленно. Она говорила спокойно, но каждое слово было чеканным, как удар молота.
Миша побледнел ещё сильнее: — Погоди… Как? Я думал… Я же… Я тоже вкладывался… — Ты — нет.
