Вокруг бегали люди. Те самые, в соболях и «Gucci», только теперь в пижамах и с безумными глазами. Выли пожарные сирены.
Тамара Игоревна сидела на мокром асфальте. Рядом, положив ей голову на колени, тяжело дышал Пират. Его шерсть была покрыта копотью, а единственный глаз слезился.
— Как… — прошептала она. — Как ты вошел?
Консьерж, бледный, как полотно, курил в стороне.
— Я… Тамара Игоревна… я не знаю. Он как-то проскользнул, когда я выходил… А потом как начал выть, на лифт кидаться… Я думал, взбесился. бросился его ловить, а он на лестницу шмыгнул. Как он смог вас найти?
Потом, конечно, всё выяснилось.
Выяснилось, что застройщик сэкономил. Поставил китайскую проводку вместо немецкой. Проводку замкнуло в главном щите на этаже.
И вся «умная» система, вся эта «экосистема» стоимостью в миллионы, вырубилась в одну секунду. И свет, и замки, и, что самое страшное, — пожарная сигнализация.
Она просто не сработала.
Люди спаслись чудом. Их разбудил запах дыма. И Тамара Игоревна. Которую разбудил не «умный дом». А обычный пес.
Ее квартира выгорела дотла. Вместе с «блэкаут» шторами, ионизатором и дорогим вином.
Тамара Игоревна два дня провела в отеле. Она сидела у окна и молчала.
А на третий день она поехала в ветеринарную клинику. Там, в стационаре, под капельницей, лежал Пират. Он наглотался дыма, и у него были опалены усы и лапы.
Она вошла в бокс. Пес поднял голову, и его хвост (то, что от него осталось) робко дернулся.
Тамара Игоревна Завьялова, «Железная Тамара», директор по развитию, женщина-крепость, опустилась на колени на холодный кафельный пол и впервые за двадцать лет заплакала.
— Прости меня, — шептала она, утыкаясь лицом в пахнущую лекарствами и дымом шерсть. — Прости… Ты мне нужен. Ты мне очень нужен.
Тамара Игоревна больше не живет в «Эдельвейс-Премиум». Она сняла квартиру попроще, с большим балконом.
Она всё так же работает в своей компании, но коллеги шепчутся, что «Железная Тамара»… как-то «помягчела». Стала улыбаться. Иногда даже уходит с работы в шесть вечера.
Потому что дома ее ждет Ричард.
Нет, это не новый мужчина. Это Пират. Отмытый, вылеченный и оказавшийся на удивление красивым псом с умными глазами (второй, увы, так и не открылся, но Тамара Игоревна говорила, что это его «шарм»).
Он спит на специальном ортопедическом лежаке у ее кровати. И никакая «Алиса» больше не командует светом в ее доме.
Иногда она сидит вечером на балконе, пьет чай, а Ричард кладет ей тяжелую голову на колени.
— Знаешь, Ричи, — говорит она, глядя на огни города. — Вся эта моя «эффективность»… она чуть меня не убила. Все эти «умные» гаджеты, вся эта иллюзия контроля… Всё это ерунда.
Ричард согласно вздыхает.
— А знаешь, что не ерунда? — она чешет его за висячим ухом. — Ты. Ты не ерунда.
Контроль — это иллюзия. А настоящая жизнь — она вот такая. Теплая, лохматая, с одним глазом, но с огромным сердцем. И она всегда спасает. Даже если ты ее гонишь.
Автор: Алекс Измайлов
