В подъезде дома, где жила мать, пахло жареной рыбой и сырым бельём. Вера поднялась на третий этаж и позвонила. Дверь открыла Алла. Глаза сестры были красными — похоже, ночь для неё тоже выдалась бессонной.
— Проходи, — тихо сказала она. — Мама ждёт.
Зинаида Петровна сидела за столом в гостиной, нервно постукивая ногтями по стеклянной поверхности. Перед ней лежал телефон. Михаил стоял у окна, прислонившись к подоконнику и скрестив руки на груди.
— Вот, смотри, — мать протянула ей смартфон, едва Вера переступила порог. — Переписка с Еленой Викторовной.
Вера взяла телефон. На экране была переписка в WhatsApp с контактом «Елена Викторовна Хоспис». Фотография профиля — размытое фото женщины средних лет в белом халате.
«Здравствуйте, Зинаида Петровна, понимаю ваши чувства. Да, ваш бывший муж действительно беспокоился об Алле и её будущем. В беседах упоминал, что хотел бы обеспечить её жильём. Мне кажется, его воля была именно такой. Готова подтвердить это официально, если потребуется.»
Вера прокрутила вверх. Начало переписки было от вчерашнего дня. Первым было сообщение матери: «Здравствуйте, Елена Викторовна, это Зинаида Петровна, мать Веры, которая ухаживала за моим бывшим мужем. У нас возникла сложная ситуация с наследством…»
Что-то в переписке было не так. Вера открыла детали контакта. Номер телефона был незнаком. Она помнила номер Елены Викторовны — он был записан у неё в телефоне и начинался с другой последовательности цифр.
— Это фальшивка, — Вера спокойно положила телефон на стол. — У настоящей Елены Викторовны другой номер. И она никогда не стала бы вести такие разговоры в мессенджере — это нарушение врачебной этики. Кто этот человек? Ты завела фейковый аккаунт или попросила кого-то подыграть?
Зинаида Петровна побледнела, схватила телефон.
— Ты всё выдумываешь! Это настоящая Елена Викторовна!
— Позвони ей прямо сейчас, — Вера скрестила руки на груди. — При мне. Я хочу услышать её голос.
Мать замялась, беспомощно взглянула на Михаила.
— У неё сейчас приём, она не возьмёт трубку…
— Неважно, — вмешался Михаил. — Главное, что написано в сообщениях. Воля отца была…
— Это не Елена Викторовна, — отрезала Вера. — Её номер начинается с семёрки, а не с восьмёрки, как у вашего контакта. И у неё на аватарке фото с дочерью, а не в белом халате.
— Как ты смеешь! — взорвалась Зинаида Петровна. — Елена Викторовна — уважаемый врач! Как тебе не стыдно обвинять нас в…
— Хватит! — Вера повысила голос, что случалось крайне редко. — Папа лежал в хосписе № 2, в третьем отделении. Там действительно работает Елена Викторовна Самойлова, и я прекрасно её знаю — мы созванивались каждый день. И у неё совсем другой номер телефона. А теперь вы создаёте фальшивые переписки и думаете, что я поверю?
Мать вдруг расплакалась, закрыв лицо руками.
— Я только хотела справедливости… Алле так тяжело… А тебе всё мало, всё мало!
Вера покачала головой. Этой женщины она больше не знала. Готовой идти на обман, на подлог, на любые манипуляции ради своей цели.
