— На моём семидесятилетии гости будут рыдать, Мария. Но не от горя — от счастья.
Свекровь расположилась прямо посреди кухни в моей квартире, будто это была её территория. В пальцах она сжимала толстую тетрадь в мягкой бархатистой обложке — свой торжественный «сценарий юбилея».
Голос у неё был приторный, почти ласковый. Так Ирина Павловна разговаривала только тогда, когда собиралась сделать кому-то особенно больно.
— Все прослезятся, — повторила она с удовольствием. — От умиления. А ты — больше всех.
Она глянула на меня поверх очков и медленно улыбнулась.
Я в это время ополаскивала чашки. Даже головы не повернула.
— Разумеется, Ирина Павловна. Как скажете.
Меня зовут Мария Андреевна. Мне сорок два. С Андреем мы женаты уже восемнадцать лет.
У нас есть сын Дмитрий. Ему пятнадцать.
Моя свекровь, Ирина Павловна, должна была отметить семидесятилетие пятнадцатого апреля. Праздник она задумала устроить в ресторане «Кедр»: сорок приглашённых, отдельный банкетный зал на втором этаже, ведущий, фотограф, проектор — всё как положено.
За все восемнадцать лет нашего брака Ирина Павловна ни разу не упускала случая показать при людях, какое место, по её мнению, мне отведено в этой семье. Особенно она любила делать это за праздничным столом.
В две тысячи десятом, когда я была беременна Дмитрием, она вручила мне на день рождения фартук. Прямо при двенадцати гостях. И с нежной улыбкой добавила:
— Мария, тебе ещё есть куда развиваться как хозяйке.
Фартук я тогда убрала в кладовку. Он и сейчас там висит.
В две тысячи пятнадцатом, на своём шестидесятилетии, она подняла бокал и произнесла тост:
— Невестка у меня, конечно, не красавица, зато по дому что-то умеет. Моему Андрею ещё повезло. Мог бы и совсем неудачно жениться.
После этих слов я молча поднялась и вышла из-за стола.
Андрей за мной не пошёл. Он остался рядом с матерью и смеялся вместе со всеми.
В две тысячи двадцатом я помогла своим родителям купить квартиру. Они оба пенсионеры, всю жизнь проработали учителями, а жили в старой однокомнатной квартире с неудобной проходной кухней. Первый взнос — триста двадцать тысяч гривен — внесла я. Это были мои личные деньги. Я работаю главным бухгалтером в транспортной компании и зарабатываю в два раза больше Андрея.
Ирина Павловна, конечно, обо всём узнала. Вечером позвонила и сразу начала:
— Ты на деньги моего сына квартиру своим родителям покупаешь? Уже забыла, кто в вашей семье кормилец?
Я просто сбросила звонок.
Позже Андрей вернулся от матери и попытался её защищать.
— Мама волнуется, — сказал он. — Ты могла бы хотя бы посоветоваться.
Но советоваться мне было не о чем. Деньги были мои.
В феврале этого года Ирина Павловна официально объявила о предстоящем юбилее.
Сорок гостей. Ресторан «Кедр» на Кедровой улице. Просторный зал, проектор, ведущий, фотосъёмка и торжественная программа.
Я тогда осторожно сказала:
— Ирина Павловна, это ведь очень дорого. Не переживайте, мы с Андреем можем устроить всё скромнее.
