Летта сняла куртку, прошла на кухню, достала из холодильника контейнер с вчерашним ужином. Разогрела в микроволновке. Села за стол.
— Саш, пойдем поговорим нормально, — позвала она из кухни.
Он вышел, прислонился к дверному косяку, скрестив руки на груди.
— Я не хочу, чтобы твоя мама приходила к нам, когда нас нет дома, — Летта говорила медленно, подбирая слова. — Это наша квартира. Мне неприятно, что кто-то здесь бывает без моего ведома.
— Кто-то? — Саша выпрямился. — Это моя мать, а не кто-то!
— Твоя мать, — согласилась Летта. — Но это не значит, что она может делать здесь что угодно.
— Что она делает такого? Помогает нам! Окна моет, продукты проверяет, порядок наводит!
— Я не просила её об этом, — Летта отложила вилку. — Саш, ты правда не понимаешь? Мне не нужна её помощь. Мне нужно, чтобы она спрашивала, прежде чем прийти.
— Она моя мать! Ей не нужно спрашивать разрешения!
— Нужно, — Летта встала из-за стола. — Потому что это не её дом. Это наш дом. Твой и мой.
Саша смотрел на неё так, будто она говорила на иностранном языке.
— Я что, замки меняю просто так, по-твоему? — голос Летты дрожал. — Ты думаешь, мне нравится тратить деньги на мастеров? Ссориться с тобой? Я просто хочу приходить домой и знать, что здесь никого не было. Что мои вещи на своих местах. Что в холодильнике осталось то, что я купила.
— Ты ведешь себя как эгоистка, — Саша покачал головой. — Мама одна осталась. У неё только я и Рома. Рома вообще её видеть не хочет, живет на другом конце города. А ты теперь и меня хочешь от неё отгородить.
— Я не хочу тебя ни от кого отгораживать! — Летта шагнула к нему. — Пусть приходит! Но пусть звонит сначала! Это же так просто!
— Для тебя всё просто, — он развернулся и пошел в комнату. — Потому что у тебя никого нет. Твои родители далеко, ты их раз в год видишь. А у меня мама здесь, рядом. И я не собираюсь её бросать.
— Никто не просит тебя её бросать!
Но он уже захлопнул дверь.
Летта осталась стоять на кухне, чувствуя, как внутри всё холодеет. Она медленно вернулась к столу, села, но есть уже не могла. Просто сидела и смотрела в окно на темный двор.
Утром Саша ушел на работу молча. Не попрощался, не поцеловал на прощание, как обычно. Просто оделся и вышел.
Летта доехала до клиники на автомате. Села за компьютер в регистратуре, включила базу данных с записями, но буквы расплывались перед глазами.
— Опять плохо выглядишь, — констатировала Ирина, проходя мимо со стопкой карточек. — Поговорила?
— Он считает меня эгоисткой.
— Серьезно? А то, что его мамаша таскается по вашей квартире как у себя дома — это нормально?
В обед Летта решилась. Набрала номер Полины Павловны. Та ответила не сразу, голос был подчеркнуто холодным:
— Полина Павловна, здравствуйте. Можно мне к вам заехать сегодня вечером? Нам нужно поговорить.
— О нас. О том, как мы живем.
Пауза затянулась. Потом:
— Приезжай. Буду дома после шести.
