Андрей отложил вилку — медленно, словно движение это требовало всех его сил, — и повернулся к матери, его лицо, освещённое мягким светом лампы, отражало смесь растерянности и нарастающего недовольства. Ольга сидела неподвижно, её пальцы на краю стола были белыми от напряжения, но взгляд оставался спокойным, собранным, как у человека, который давно приготовился к такому повороту. Лена, стоявшая чуть поодаль, переминалась с ноги на ногу, её руки теребили край сумочки — старой, потрёпанной, но аккуратно зашитой, — и в глазах мелькало что-то похожее на стыд, смешанный с отчаянием.
— Мама, — произнёс Андрей тихо, но в его голосе уже не было той привычной мягкости, которая всегда сглаживала углы в семейных разговорах. — Что это значит? Кредит под квартиру Оли? Ты же знаешь, что это её собственность. Мы не можем просто…
Тамара Петровна села за стол, не дожидаясь приглашения, и раскрыла папку — страницы шелестели сухо, как осенние листья под ногами, раскрывая схемы, расчёты, формы из банка. Её движения были уверенными, деловыми, словно она не в гостиной молодой семьи, а в офисе, где решают судьбы.
— Можем, Андрюша, можем, — ответила она, перелистывая лист. — Я вчера сходила в банк, поговорила с менеджером. Всё просто: закладная на квартиру, кредит на полгода, проценты небольшие. Лена выиграет суд, вернёт своё — ту квартиру, что отобрал этот негодяй, — и мы всё вернём. Оленька даже не почувствует. А если нет… ну, семья же. Разберёмся. Ты же не бросишь сестру?
Лена шагнула вперёд, её голос был тихим, почти шёпотом, но в нём сквозила нотка надежды, которую она, видимо, черпала из слов матери.
— Оля, пожалуйста… Я не хочу быть обузой. Просто… адвокат дорогой, а без него я ничего не добьюсь. Мама сказала, это временно. Я буду платить по частям, как смогу. У меня есть план: найду работу, подкоплю…
Ольга слушала, не перебивая, её дыхание было ровным, хотя внутри всё сжималось от этой цепочки слов — «временно», «семья», «разберёмся». Она вспомнила, как сама стояла перед банком пять лет назад: молодая специалистка с дипломом в кармане, но без связей, без подпорок. Кредит на квартиру брала на двадцать лет, работала ночами, чтобы выплатить первый взнос. Это была не просто стена и крыша — это была её крепость, символ того, что она может полагаться на себя. А теперь эта крепость превращалась в чужой спасательный круг.
— Лена, — сказала Ольга мягко, поднимая взгляд на девушку, — я верю тебе. И хочу помочь. Правда. Но кредит под мою квартиру… это не помощь. Это риск. Если суд не выиграешь — а суды непредсказуемы, — то потеряешь не только своё, но и моё. Я не готова к такому. Давайте найдём другой способ. Фонд для женщин в трудной ситуации, юридическая помощь бесплатно — я могу поискать. Или я дам в долг, без процентов, на адвоката. Но не под залог.
