Сергей кивнул, но в его глазах мелькнуло что-то вроде вины. Он знал свою родню — знал, как они любят собираться большими компаниями, как тётя Галя всегда организаторша всех праздников. В детстве он обожал эти сборища: шум, смех, салаты горой, фейерверки. Но сейчас, глядя на жену, он вдруг понял, как это выглядит со стороны.
— Я поговорю с ней, — сказал он твёрдо. — Объясню, что дача — твоя собственность, и мы сами решаем, кто там бывает.
Светлана посмотрела на него с надеждой, но внутри всё ещё бурлило. Она вспомнила, как полтора года назад, когда бабушка умерла, родня Сергея даже не приехала на похороны — все были заняты. А дачу упоминали только в шутку: «Ну, Светке повезло, домик в Подмосковье». И вот теперь, когда они с Сергеем превратили ветхий сарайчик в уютный домик с камином, верандой и даже маленькой банькой, вдруг все вспомнили о «семейном имуществе».
Вечер тянулся медленно. Они поужинали молча, потом Светлана ушла в спальню, а Сергей сидел на кухне с телефоном в руках. Он набрал номер тёти Гали, но трубку взяла её дочь Лена — двоюродная сестра Сергея.
— Серёж, привет! — радостно завопила она. — Мама рассказала про дачу. Классная идея, да? Мы уже меню составляем! Дети хотят снеговиков лепить, Витька мангал купит новый. Ты с Светой тоже приезжайте, конечно!
— Лен, подожди, — перебил Сергей. — Дача не наша общая. Она принадлежит Светлане по завещанию. И мы не планировали никого туда пускать на Новый год.
Повисла пауза. Потом Лена рассмеялась — нервно, но уверенно.
— Ой, Серёж, ну что ты. Мы же семья! Света не жадная, правда? Это же не навсегда, только на праздник. А потом вы там будете сколько захотите.
Сергей почувствовал, как внутри закипает раздражение. Он всегда был миротворцем в семье — тем, кто сглаживает углы, уступает, чтобы не ссориться. Но сейчас слова сестры задели что-то глубокое.
— Лена, это не вопрос жадности, — сказал он спокойно, но твёрдо. — Это вопрос уважения. Дачу ремонтировали мы со Светой. Своими руками, своими деньгами. Вы там ни разу не были, даже помочь не предлагали. А теперь вдруг решили, что имеете право.
Лена замолчала. Потом вздохнула:
— Ладно, поговорю с мамой. Но ты же знаешь, как она — упёртая. И дядя Витька уже билеты на электричку купил.
Сергей положил трубку и долго сидел, глядя в окно. Снег падал тихо, укрывая город белым покрывалом. Он подумал о даче — о том, как они со Светланой мечтали встретить там первый Новый год вдвоём. Украсить ёлку во дворе, разжечь камин, открыть шампанское под звёздами. Это должно было быть их праздником — после всех трудов, после ипотеки на квартиру, после бесконечных выходных с молотком и краской в руках.
На следующий день конфликт разгорелся с новой силой. Утром позвонил дядя Виктор — брат отца Сергея, человек громогласный и привыкший, что его слово — закон.
— Сергей, что за новости? — начал он без приветствия. — Галя сказала, вы ключи не даёте. Это как понимать? Мы же родные люди!
Сергей, ещё не проснувшись толком, сел на кровати и вздохнул.
