— Тогда загрузите обратно, — ответил Сергей. — Это не ваша собственность.
Он отключил телефон. И впервые за долгое время улыбнулся — настоящей, свободной улыбкой.
Но родня не сдалась. Они позвонили свекрови, устроили семейный совет по видео. Светлана сидела рядом с Сергеем, держа его за руку, и слушала, как её обвиняют в жадности, в развале семьи, в неуважении к старшим.
— Светлана, как вы могли? — голос свекрови дрожал. — Это же наш общий праздник!
— Общий? — ответила Светлана спокойно. — А когда мы ремонт делали — где вы были? Когда крышу латали под дождём — кто помог? Эта дача — моя. И Новый год мы встретим там вдвоём с Сергеем. Или вообще в другом месте. Но без вас.
Свекровь ахнула. Родня загудела. А Сергей сжал руку жены сильнее.
— Мама, — сказал он. — Мы любим вас. Но у нас своя семья. И свои традиции. Приезжайте в гости летом — будем рады. А Новый год — наш.
Связь прервалась. Тишина в квартире была оглушительной.
Светлана повернулась к мужу.
— Ты правда это сказал?
— Правда, — кивнул он. — И знаю, что теперь начнётся. Обиды, звонки, может, даже слезы. Но я с тобой.
Она обняла его. И в этот момент почувствовала — это начало чего-то нового.
Но до Нового года оставалось всего три дня. И родня, похоже, не собиралась сдаваться. Утром тридцатого декабря у их двери раздался звонок. Светлана открыла — и увидела тётю Галю с чемоданом в руках.
— Мы решили, — заявила она. — Если на дачу не пускаете, то встретим здесь. У вас же квартира большая!
Светлана посмотрела на свекровь, стоящую позади с пакетами, на Лену с детьми, на дядю Виктора с коробкой мандаринов.
— Заходите, — сказала она неожиданно для себя. — Но только на час. Чай попьём — и разъезжаемся. Новый год каждый встретит в своём доме.
Родня переглянулась. Сергей вышел из комнаты, встал рядом с женой.
— Мама, тёть Галь, — сказал он. — Мы рады вас видеть. Но наш дом — наш. Как и дача.
Час пролетел в неловких разговорах, в чае с печеньем. Дети бегали по квартире, взрослые пытались шутить. А когда они ушли, Светлана закрыла дверь и выдохнула.
— Мы это сделали, — сказала она.
— Сделали, — подтвердил Сергей.
Вечером тридцатого они собрали маленькую сумку и поехали на дачу. Снег искрился под луной, дорога была пустой. Домик встретил их теплом — они заранее затопили печку дистанционно, через умный дом.
Они украсили ёлку во дворе гирляндами, разожгли камин, открыли шампанское. Под бой курантов Сергей поднял бокал.
— За нас. За наш дом. За новые традиции.
Светлана чокнулась. И в этот момент поняла — конфликт не закончился. Родня ещё позвонит, ещё попытается. Но теперь у них есть главное — они вместе. И границы, которые они научились защищать.
Но наутро первого января телефон Сергея зазвонил снова. Тётя Галя.
— Сергей, — сказала она тихо. — Мы… мы подумали. Может, летом соберёмся все вместе? На шашлыки. Ты же не против?
Он посмотрел на жену. Она улыбнулась, кивнула.
— Летом — да, — ответил он. — Но планировать будем вместе. И уважать чужое пространство.
Светлана подошла, обняла мужа.
