— Я позвонила вашему арендодателю, — Света скрестила руки на груди. — Вчера, после нашего разговора. Хотела проверить вашу историю. И знаете что? Вас выселили за неуплату. Три месяца долга, Тамара Павловна! А вы приехали к нам, будто мы обязаны вас спасать!
В кухне повисла тишина, нарушаемая только тиканьем настенных часов. Андрей смотрел на тётю, и в его глазах читалось разочарование. Маша и Костя молчали, но их взгляды говорили о том же: они устали от чужого человека в их доме.
— Света, — наконец выдавила Тамара, — я не хотела вас обманывать. Просто… мне стыдно было. Я думала, перебьюсь у вас пару недель, найду работу, разберусь…
— Пару недель? — Света горько усмехнулась. — Вы переставляете наши вещи, лезете в воспитание детей, критикуете всё, что я делаю! Это не помощь, это… вторжение!
Андрей шагнул вперёд, положив руку Свете на плечо.
— Свет, успокойся, — сказал он тихо, но твёрдо. Потом повернулся к Тамаре: — Тётя Тамара, я ценю, что вы обратились к нам. Но вы должны были быть честной. Мы не можем жить так, будто наш дом — это ваша гостиница.
Тамара опустила глаза, теребя край своего платья. Впервые за всё время она выглядела не властной и шумной, а просто потерянной. Света почувствовала укол жалости, но тут же напомнила себе: эта женщина чуть не разрушила их семью.
— Я понимаю, — тихо сказала Тамара. — Я уеду. Завтра же.
— Куда? — спросил Андрей, и в его голосе мелькнула тревога. — У вас же нет жилья.
Тамара молчала, глядя в пол. Света посмотрела на мужа, потом на детей, которые всё ещё стояли в дверях. Её сердце разрывалось между гневом и чувством вины. Она не хотела быть жестокой, но и не могла позволить Тамаре дальше разрушать их жизнь.
— Мы поможем вам, — наконец сказала Света, удивляясь собственным словам. — Но не так, как вы хотите. Мы найдём вам временное жильё. Я знаю людей, которые сдают комнаты недорого. И помогу с работой. Но жить здесь вы не будете.
Тамара подняла глаза, и в них мелькнула искра надежды.
— Правда? — спросила она тихо. — Ты… не выгонишь меня просто так?
— Я не выгоняю, — Света вздохнула. — Но я защищаю свою семью. Это наш дом, Тамара Павловна. И он останется нашим.
Андрей сжал её руку, и Света почувствовала, как его пальцы дрожат от облегчения. Маша, стоявшая в дверях, вдруг улыбнулась — впервые за неделю.
На следующий день Света сидела за ноутбуком, листая объявления о съёме комнат. Она уже созвонилась со своей подругой Леной, которая работала в агентстве недвижимости. Лена обещала найти что-то подходящее для Тамары — небольшую комнату в спальном районе, недалеко от метро.
— Ты уверена, что хочешь этим заниматься? — спросил Андрей, разливая чай по кружкам. — После всего, что она натворила…
— Не уверена, — честно ответила Света, не отрываясь от экрана. — Но я не хочу, чтобы она осталась на улице. И не хочу, чтобы у нас с тобой осталось чувство вины. Мы поможем — но на наших условиях.
Андрей кивнул, и в его взгляде было что-то новое — гордость.
