Дни летели. Родственники подтвердили приезд. Валентина Петровна звонила ежедневно: списки продуктов, рецепты, подарки.
— Оленька, ёлку большую купите! Игрушки я везу.
Ольга соглашалась, но готовила сюрприз. Купили матрасы, постелили в гостиной. Кухню забили едой.
За день до приезда — тридцатое декабря — Сергей встретил родителей на вокзале. Ольга ждала дома, сердце колотилось.
Дверь открылась. Вошла Валентина Петровна с чемоданом, за ней свёкор, Лена с мужем и близнецами — мальчики лет семи, шумные, с рюкзаками.
— Оленька! — свекровь обняла её. — Какой уют! Дети, снимайте обувь!
Квартира заполнилась голосами, запахами. Близнецы носились, Мурзик спрятался под кроватью.
— Мама, добро пожаловать, — сказала Ольга, улыбаясь через силу.
Вечер начался. Готовка, разговоры. Валентина Петровна командовала на кухне.
— Оленька, салат так не режется! Сергей, помоги отцу с ёлкой.
Ольга кивала. Но в дверь постучали — Анна Ивановна.
— Добрый вечер. Проверяю соблюдение правил.
— Председатель дома, — объяснила Ольга. — Помогает с порядком.
Анна Ивановна вошла, осмотрела.
— Люди много. Шумите — штраф.
Близнецы закричали — один толкнул другого. Анна Ивановна нахмурилась.
Потом сверху — стук. Катя с мужем и ребёнком.
— Извините, малыш проснулся от шума.
Ребёнок заплакал. Близнецы присоединились.
Валентина Петровна растерялась.
Снизу — Виктор Петрович.
Квартира гудела. Ольга с Сергеем переглянулись — хаос начинался.
Но это было только начало. Свекровь пыталась утихомирить, но соседи не уходили, «контролировали». Близнецы бегали, ребёнок плакал, Виктор Петрович ворчал.
Валентина Петровна вздохнула.
— Может, это ошибка…
Ольга улыбнулась про себя. План работал. Но что дальше? Новый год только приближался, а хаос нарастал…
— Оленька, ну что же это такое? — Валентина Петровна стояла посреди гостиной, прижимая к груди миску с нарезанными огурцами, и смотрела на царящий беспорядок с таким видом, будто её любимый сервиз только что разбили о пол. — Мы же только приехали, а уже… уже как на вокзале!
Ольга вытерла руки о фартук и постаралась сохранить спокойствие. В комнате действительно было тесно: близнецы Артём и Данил носились между матрасами, которые уже успели сдуть наполовину, потому что кто-то из мальчишек прыгал на них, как на батуте. Малыш Ваня из квартиры сверху, которого Катя принесла «на минутку», чтобы не плакал один, теперь сидел на ковре и методично разбирал коробку с ёлочными игрушками. Виктор Петрович устроился в кресле Сергея и комментировал каждое движение, словно спортивный обозреватель.
— Видите ли, Валентина Петровна, — Анна Ивановна шагала по квартире с блокнотом, — согласно пункту 4.2 устава дома, собрание более пяти человек требует предварительного согласования. А у вас… — она быстро посчитала вслух, — восемь гостей плюс трое соседей. Одиннадцать. Это нарушение.
Свекровь моргнула, переводя взгляд с председателя на Ольгу.
— Но мы же семья! — возразила она, и в голосе впервые за весь вечер прозвучала неуверенность. — Семья не считается!
