— Я думаю, что она перегибает, — наконец сказал он. — Но… Катя, ситуация действительно тяжёлая. Я не знаю, что делать.
Катя подошла к нему и взяла за руку.
— Сергей, — тихо сказала она, — я не против помочь. Правда. Но не так. Не за счёт моей квартиры. Есть другие варианты. Кредит рефинансировать, продать что-то из вашего… Я готова сесть и всё посчитать. Вместе. Но не так, как хочет твоя мама.
Он посмотрел на неё с удивлением.
— Серьёзно, — кивнула Катя. — Но только на моих условиях. Не на её.
Сергей обнял её. Крепко. Как в первые месяцы.
— Я поговорю с ней, — прошептал он. — Обещаю.
Но когда он ушёл в ванную, Катя достала телефон и открыла переписку с подругой-юристом. На всякий случай.
Она ещё не знала, что через две недели Тамара Ивановна сделает шаг, который перевернёт всё с ног на голову. И что причина её настойчивости окажется совсем не в долгах отца…
— Ты всё-таки подала на меня в суд? — голос Тамары Ивановны дрожал от гнева, но в нём уже не было прежней уверенности.
Катя стояла в коридоре своей квартиры — той самой, добрачную — и смотрела на свекровь, которая буквально ворвалась к ней с кипой бумаг в руках. За спиной Тамары Ивановны маячил Сергей, бледный, с тёмными кругами под глазами.
— Я не подавала на вас в суд, Тамара Ивановна, — спокойно ответила Катя, хотя внутри всё кипело. — Это вы подали иск о признании квартиры общим имуществом. Я просто ответила на него.
Свекровь размахнулась бумагами, будто хотела ударить.
— Это мой сын вкладывал в ремонт! Он плитку клеил, трубы менял, мебель таскал! Это его труд! А ты теперь хочешь всё себе забрать?
Катя посмотрела на Сергея. Он опустил глаза.
— Сергей, — тихо сказала она, — ты ведь знаешь, что это неправда. Ремонт мы делали вместе. На мои деньги. Из моих сбережений. И чеки у меня есть.
Две недели назад Катя получила повестку. Иск от Тамары Ивановны и её мужа — свёкра, который за всё время их брака сказал Кате от силы двадцать фраз. В иске чёрным по белому: квартира, приобретённая до брака, якобы была существенно улучшена за счёт общего имущества супругов и средств родителей мужа, поэтому подлежит разделу.
Катя сначала не поверила. Потом перечитала три раза. Потом позвонила юристу.
— Они блефуют, — сказала ей подруга Лена, специалист по семейному праву. — Докажи, что улучшения были за твой счёт — и дело развалится. Но готовься: будет грязно.
Грязно началось сразу.
Сначала Тамара Ивановна обзвонила всех родственников и знакомых: Катя жадная, хочет оставить семью на улице, прячет деньги, которые «по праву принадлежат Сергею». Потом в соцсетях появились посты от «анонимных друзей семьи» — мол, невестка выгоняет пожилых родителей из дома, требует с них деньги за проживание.
А потом пришёл этот иск.
— Сергей, — Катя сделала шаг к мужу, — ты подписал это?
Он поднял глаза. В них было всё: стыд, растерянность, усталость.
— Мама сказала, что это просто формальность, — тихо ответил он. — Чтобы надавить. Чтобы ты согласилась хотя бы на аренду…
