— Да, серьёзно, — ответила она. — Я больше не хочу, чтобы наш дом превращался в столовую для всех желающих. Это не гостеприимство, Серж. Это когда люди приходят в гости, приносят что-то с собой, общаются, а не только едят и уходят.
Сергей откинулся на спинку стула, потирая виски.
— Но тётя Света… она же не со зла. Просто привыкла так. У них в семье всегда было — кто ближе, тот и кормит.
— А у меня другая привычка, — тихо сказала Катя. — Я привыкла, что вечер после работы — это время для нас. Для детей, для тебя, для меня. А не для того, чтобы стоять у плиты на десятерых.
Он молчал долго. Видно было, что слова жены задели его, но в то же время он пытался защитить свою семью — ту, в которой вырос.
— Ладно, — наконец кивнул он. — Я понимаю. Правда. Просто… дай мне время. Я поговорю с ней сам. Объясню, что мы тоже устаём, что не всегда можем принимать гостей.
Катя посмотрела на него с благодарностью, но внутри всё равно оставалась тревога. Она знала Сергея — он мягкий, добрый, не любил конфликтов. Сможет ли он действительно поставить точку?
Прошло несколько дней спокойствия. Тётя Света не звонила. Катя даже начала надеяться, что разговор с мужем подействовал. Они с Сергеем провели прекрасный выходной — всей семьёй съездили в парк, покатались на каруселях, поели мороженого. Вечером заказали пиццу и посмотрели мультфильм. Обычный, тёплый семейный вечер, какой и должен быть.
Но в среду всё началось заново.
Катя только вошла домой, сняла пальто, когда зазвонил телефон. Номер тёти Светы.
— Катюша, привет! — голос был, как всегда, бодрым и уверенным. — Мы тут с Витей и мальчиками решили к вам заехать. Я как раз пирожков напекла, принесу горяченьких. А у вас что на ужин? Мы ненадолго, только поесть и поболтать.
Катя замерла в коридоре. Дети уже бежали встречать её, Миша рассказывал что-то про школу, Аня тянула за руку показывать рисунок. А в трубке — знакомый тон, будто всё уже решено.
— Светлана Петровна, — Катя глубоко вдохнула, чувствуя, как сердце стучит сильнее, — сегодня мы не сможем принять гостей. У нас свои планы на вечер.
В трубке повисла пауза. Первая за всё время.
— Как это — не сможете? — голос тёти Светы стал чуть выше. — Мы же уже выехали почти. Пирожки горячие, жалко же.
— Жалко, — согласилась Катя, стараясь говорить спокойно. — Но мы действительно не ждём гостей сегодня. У нас семейный ужин только для нас четверых.
— Ну… — тётя Света явно растерялась. — А завтра можно?
— Завтра тоже рабочий день, — ответила Катя. — Давайте лучше договоримся заранее, когда всем удобно.
— Ладно, — протянула тётя Света неохотно. — Тогда мы развернёмся. Пирожки дома съедим.
Катя положила трубку и выдохнула. Руки слегка дрожали. Она не кричала, не ругалась — просто сказала «нет». И это оказалось сложнее, чем она думала.
Вечером она рассказала Сергею.
— Молодец, — он обнял её. — Правда. Я горжусь тобой.
Но Катя видела в его глазах лёгкую тревогу. Он знал свою тётю лучше.
На следующий день, в пятницу, когда Катя была на работе, тётя Света позвонила Сергею.
