— Значит, решила, что тебе всё можно? — голос Галины Ивановны разрезал вечернюю тишину, как нож. — А дети? Ты о них подумала? Новый год — дома, с семьёй. Это святое!
Анна бросила в чемодан очередную футболку и ответила, не оборачиваясь:
– Галина Ивановна, путёвки давно куплены. Всё оплачено. Дети хотят на море, Сергей согласен. О чём вообще спор?
– О чём спор?! Да ты что говоришь, Аня? — свекровь вскинула руки. — Это не отдых, это эгоизм! Ты всегда думаешь только о себе.
– Вот это сейчас обидно было, — Анна повернулась к Галине Ивановне. — О себе? А это кто тут у нас каждый день готовит, стирает, детей в школу водит?
– И что? Это твои обязанности, Аня. А мне что, на старости лет одной в квартире сидеть, телевизор смотреть, пока вы там по своим морям разъезжаете?
– Да никто не оставляет вас одну! У вас полно подруг! И сын вам сказал, что готов вас на праздники к Марине отвезти!
Имя своей младшей, Марины, свекровь восприняла как пощёчину. Дочь, едва достигнув совершеннолетия, съехала из родного дома и больше ни разу не позволила матери командовать собой, хотя и всегда старалась поддерживать отношения. Но мать не могла ей простить такого своеволия. Галина Ивановна выпрямилась, словно пружина, лицо покраснело.
– Ты хочешь, чтобы я на праздники шла побираться к Марине? Ты серьёзно?
– Да почему побираться! Поехать к семье, где вас ждут и любят, — отрезала Анна, чувствуя, как голос её дрожит.
Сергей, который до этого сидел в углу и старался быть незаметным, поднял голову.
– Мам, ну давай не будем…
– Ты молчи, Серёжа, — резко оборвала его мать. — Ты вообще на чьей стороне?
– На стороне Анюты, — Сергей встал. — Мама, давай по-честному. Ты всегда против того, что делает Аня. Вопрос даже не в праздниках.
– Против? Да это она против меня! Всегда была! — воскликнула Галина Ивановна, глядя то на сына, то на невестку.
Анна больше не могла слушать. Она захлопнула чемодан, подняла его с кровати и поставила у двери.
– Всё. Мне надоело. Я так больше не могу.
– Не можешь? Так уходи, — бросила свекровь.
– Может, и уйду. И детей с собой заберу, — Анна бросила взгляд на мужа. Тот смутился и отвернулся.
Галина Ивановна громко фыркнула:
– Вот она, женщина нового поколения. Сама ничего не умеет, а дерзости — хоть отбавляй.
Анна уже стояла в прихожей и надевала куртку.
– Ладно, Галина Ивановна, как хотите. Мы поедем. А вы можете праздновать Новый год, как считаете нужным.
– Только попробуй! — крикнула ей вслед свекровь, но хлопнувшая дверь заглушила голос.
Анна вышла на лестничную площадку, глубоко вдохнула и вытерла выступившие слёзы. Внизу послышался звонкий голос младшей дочери:
– Мам, мы едем?
– Да, Катя, мы едем, — сказала она, стараясь улыбнуться.
В квартире остались Сергей и его мать. Галина Ивановна тяжело вздохнула, устало опустившись в кресло.
– Вот так, сынок. Женился ты не на той…
Сергей молчал.
***
