В последний день Дима положил ключи на стол. Те самые три связки. Две — старые. Третью он так и не объяснил.
— Марин, — сказал он в дверях. — Я правда хотел, чтобы всё было по-другому.
— Я тоже, — ответила она. — Но «по-другому» — это когда оба стараются. А старалась только я.
Марина подошла к окну. Внизу, у подъезда, стояла машина свекрови. Дима грузил сумки в багажник. Тамара Павловна что-то говорила ему, активно жестикулируя.
Забирает сыночка домой. К себе. Туда, где ему всегда было уютнее, чем с женой.
Марина задёрнула штору.
На кухонном столе лежал список дел: подать на развод, закрыть общие счета, переоформить страховку. Много работы. Много изменений.
Она улыбнулась. Впервые за долгое время — по-настоящему.
Свобода пахла свежим кофе и чистой квартирой. Она налила себе чашку, села у окна и стала смотреть, как за стеклом загораются вечерние огни. Новая жизнь только начиналась…
