Интуиция, которая редко её подводила, забила тревогу. Елена прошла в спальню, открыла шкаф. На верхней полке, за коробками, лежала папка с документами. Она достала её и начала листать. Свидетельство о браке, договор купли-продажи квартиры, страховки… Ничего про наследство.
Телефон зазвонил. Дима.
— Привет, солнышко. Извини, совещание затянулось. Мама заходила?
— Заходила, — Елена села на кровать. — Дима, что за история с наследством твоей бабушки?
Пауза. Слишком долгая пауза.
— А… она тебе сказала? Я хотел сам, просто всё времени не было…
— Она сказала, что завтра мы идём к нотариусу, и я должна подписать отказ от претензий на это наследство. Это правда?
— Лен, ну это же формальность. Мама перестраховывается, ты же её знаешь. Подпишешь и забудем.
Елена закрыла глаза. Внутри поднималась волна гнева, обиды и разочарования.
— Формальность? Дима, твоя мать хочет, чтобы я подписала документ, фактически признающий, что я не член вашей семьи. Что я временный человек, от которого в любой момент можно избавиться. И ты называешь это формальностью?
— Да ты что! Никто так не думает! Просто дом и земля — это семейное. Прабабушкино ещё. Мама хочет, чтобы всё было по закону.
— По какому закону, Дима? По закону я твоя жена. У нас общее имущество. Мы вместе платим ипотеку. Планируем детей. А твоя мать требует, чтобы я расписалась в собственной неполноценности! — Лена, ну не драматизируй. Это просто бумажка.
— Если это просто бумажка, то зачем её подписывать? — Елена встала и начала ходить по комнате. — И почему ты мне ничего не рассказал? Почему я узнаю от твоей матери? Сколько ещё секретов ты от меня скрываешь?
— Никаких секретов! Просто… я знал, что ты так отреагируешь. Из мухи слона раздуешь.
Эти слова стали последней каплей.
— Я раздуваю? Я? Твоя мать врывается в НАШ дом, требует, чтобы я подписала непонятные документы, ты об этом знал и молчал, а виновата я?
— Лена, давай не будем ссориться. Завтра сходим к нотариусу, подпишем и забудем. Мама от нас отстанет.
— Я не пойду к нотариусу. И ничего подписывать не буду.
— Лена, ну ты же понимаешь, мама не отстанет. Она будет звонить, приходить, доставать нас обоих.
— Это твоя мама, Дима. Твоя проблема. Разбирайся сам.
Она отключилась, не дожидаясь ответа. Телефон тут же начал разрываться от звонков, но Елена выключила звук и пошла в ванную. Горячая вода смывала усталость, но не могла смыть горечь разочарования.
Когда она вышла, в квартире сидел Дима. Он выглядел растерянным и немного испуганным.
— Лена, давай поговорим спокойно.
Она прошла мимо него на кухню, налила себе чаю.
— Послушай, я понимаю, ты обиделась. Мама правда иногда перегибает. Но она желает нам добра. Этот дом… он правда семейная реликвия. Там мой прадед родился. Мама просто хочет, чтобы он остался в роду.
— А я не род? — Елена повернулась к нему. — Я твоя жена, Дима. По идее, твоя семья. Но твоя мать думает иначе. И ты, похоже, тоже.
— Да не думаю я так! Ты всё передёргиваешь!
