— Тогда почему ты не сказал матери, что это неприемлемо? Почему не защитил меня?
— Потому что… потому что проще согласиться. Ты же знаешь, какая она. Если что не по её — скандал, слёзы, сердце прихватит. А так подпишем бумажку и живём спокойно.
— Спокойно? — Елена поставила чашку на стол с такой силой, что чай выплеснулся. — Ты думаешь, после этого всё закончится? Нет, Дима. Это только начало. Сегодня отказ от наследства, завтра брачный контракт задним числом, послезавтра ещё что-нибудь. Твоя мать проверяет границы. Смотрит, как далеко может зайти. И ты ей показываешь, что может зайти сколько угодно далеко!
— Ну что ты хочешь, чтобы я сделал? Поссорился с родной матерью? Она у меня одна!
— А жена у тебя сколько? — тихо спросила Елена.
Повисла тишина. Дима смотрел на неё, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на понимание. Но только мелькнуло.
— Лена, давай найдём компромисс. Может, поговорить с юристом? Составить документ так, чтобы и мама была спокойна, и ты не чувствовала себя ущемлённой?
— Компромисс? — Елена покачала головой. — Дима, твоя мать хочет документально закрепить, что я не имею прав на семейное имущество. Какой тут может быть компромисс? Подписать отказ только от половины дома?
Раздался звонок в дверь. Настойчивый, требовательный. Они переглянулись.
— Не открывай, — попросила Елена.
Но Дима уже шёл к двери. Конечно, это была Галина Петровна. Она ворвалась в квартиру как ураган.
— Димочка! Я звоню, звоню, а вы трубки не берёте! Я уже подумала, не случилось ли чего!
Она прошла в гостиную, даже не взглянув на Елену.
— Мам, мы разговариваем, — попытался остановить её Дима.
— О чём тут разговаривать? — Галина Петровна уселась на диван. — Завтра в десять у нотариуса. Я договорилась, заплатила. Если не придёте — деньги пропадут.
— Галина Петровна, — Елена вышла из кухни. — Я не буду подписывать эти документы.
Свекровь посмотрела на неё как на пустое место, потом перевела взгляд на сына.
— Димочка, объясни своей жене, что к чему.
— Мам, может, правда не стоит торопиться? — неуверенно начал он.
Галина Петровна резко встала.
— Что?! Димитрий, ты в своём уме? Это наследство твоей бабушки! Твоей крови! А она, — она ткнула пальцем в сторону Елены, — она тут ни при чём! Три года всего как женаты, а уже на семейное имущество претендует!
— Я ни на что не претендую! — не выдержала Елена. — Я просто не хочу подписывать унизительные бумаги!
— Унизительные? — Галина Петровна повернулась к ней. — Да ты знаешь, сколько девиц за моим Димочкой бегало? И все только и мечтали, как бы урвать кусок пожирнее! А ты чем лучше?
— Мам! — попытался вмешаться Дима, но обе женщины его уже не слышали.
— Я лучше тем, что вышла замуж по любви, а не за имущество! — Елена чувствовала, как внутри поднимается ярость. — Я работаю, зарабатываю не меньше вашего сына! Половину ипотеки за эту квартиру плачу я! Какое имущество я могу у вас отнять?
— А вот это мы завтра и выясним! Если ты такая честная и бескорыстная, то и подписать отказ тебе ничего не стоит!
