Я промолчала. Просто снова взяла посуду и пошла на кухню. А в голове уже сам собой начал щёлкать невидимый счётчик. Мясо на сегодняшний день — почти тысяча гривен. Овощи, зелень, сметана — ещё около четырёхсот. Торт, который мне заранее велели купить, — триста шестьдесят. Пиво, лимонад, детям мороженое. К вечеру выходило примерно две с половиной тысячи гривен. Как всегда. А если сложить всё, что за лето ушло на эту родню, нам с Сергеем уже хватило бы на нормальную поездку к морю, о которой он всё время мечтал, но никак не мог отложить деньги.
В какой-то момент Наталья обвела взглядом стол и недовольно скривилась.
— Ирин, а оливье где? Я же говорила, дети его любят. Ты что, не сделала?
Вот тогда меня словно кипятком обдало. Я стояла перед ними с подносом в руках, в фартуке, с мокрой от жары спиной, а эта женщина, которая за пять лет ни разу за собой чашку не убрала, спрашивала у меня, почему ей не хватило салатов.
— Не успела, Наташ, — сказала я спокойно. — Вас всё-таки десять человек.
— Ну так в следующий раз вставай пораньше, — фыркнула она и отвернулась, будто разговор был окончен.
Пораньше. Интересно, куда ещё раньше, если я и так поднялась в шесть утра.
Я вышла в дом, сделав вид, что иду за добавкой. На кухне было пусто и тихо. Я опустилась на табурет, сжала руки так сильно, что ногти больно впились в ладони, и вдруг поняла: всё. С меня хватит. Решение пришло не постепенно, не после долгих размышлений, а прямо там, на этой кухне, на старом табурете.
В понедельник я не поехала в магазин за продуктами к их очередному приезду. Во вторник — тоже. А запасной холодильник в сарае, который я когда-то специально купила для всех этих шашлыков, салатов и напитков и обычно набивала доверху, я просто выключила из розетки. Потом вымыла его до блеска. Он стоял чистый, холодный и совершенно пустой.
В пятницу, точь-в-точь по привычному расписанию, от золовки пришло сообщение:
«Завтра будем к часу. Нас восемь. Шашлык, салаты, сама знаешь. И торт возьми, у Дмитрия день рождения».
Я посмотрела на экран и ничего не написала в ответ. Впервые за пять лет.
В субботу они явились, как обычно, шумной весёлой компанией и, разумеется, без единого пакета в руках. Наталья уверенно прошла на кухню, будто входила в собственную кладовую, и вдруг остановилась.
Стол пустой. Плита холодная. В доме не пахло ни мясом, ни выпечкой, ни салатами.
— Ирин, а где всё? — она распахнула большой холодильник. Внутри лежала только горчица в дверце да пачка соды. — Ты что, ничего не приготовила?
— Нет, — ответила я ровно. — Ничего не приготовила.
— Как это — нет? Мы же договорились! У Дмитрия день рождения!
На кухню один за другим подтянулись остальные: свекровь, Дмитрий, дети. Все смотрели на меня так, будто перед ними внезапно сломался автомат, который должен был выдавать еду по первому требованию.
