Валерия же улыбнулась снисходительно. В этой улыбке было столько превосходства, что Галине стало холодно. Невестка скрестила руки на груди и посмотрела на нее так, как смотрят на человека, которому приходится объяснять самые простые вещи.
— Мама, ну какие накопления при нынешних ценах? — произнесла она с легким раздражением. — Вы же сами понимаете, с нашими зарплатами собрать несколько миллионов гривен почти невозможно. Но мы нашли хорошего риелтора. Он уже приводил потенциальных покупателей смотреть эту квартиру. Люди заинтересованы и готовы заплатить нормальную сумму наличными хоть завтра.
Галина не сразу поняла смысл сказанного. Слова будто дошли до нее с задержкой. Комната вдруг стала тесной, воздух — тяжелым, а тишина между ними — липкой и тревожной. Она медленно повернулась к сыну, ожидая, что он сейчас вмешается, поправит жену, скажет, что мать неправильно поняла. Но Дмитрий молчал. Он только теребил пуговицу на рубашке и по-прежнему избегал ее взгляда.
— Валерия, — наконец произнесла Галина тихо, стараясь удержать голос ровным, — я, кажется, не поняла. О каких покупателях идет речь и кто разрешил вам приводить посторонних людей в мой дом без моего ведома?
В голосе Галины впервые за этот вечер прозвучала такая тихая сталь, что даже Дмитрий заметно дернулся, но снова промолчал.
Валерия раздраженно щелкнула языком, демонстративно закатила глаза и придвинула к себе лист, весь исписанный колонками цифр, пометками и какими-то расчетами.
— Мама, ну давайте без эмоций, — произнесла она тоном человека, который уже давно все решил за всех. — Надо смотреть правде в глаза. Квартира старая, дом не новый, район давно уже не считается хорошим, трубы и проводка изношены. Нам здесь тесно, нормально жить невозможно. Дмитрий с детства здесь зарегистрирован, значит, он имеет такое же отношение к этой жилплощади, как и вы. Это, по сути, семейная недвижимость.
Галина молча смотрела на невестку. Еще минуту назад перед ней сидела молодая женщина, которую она годами пыталась принять, понять, не задеть лишним словом. А теперь вся эта осторожность, все терпение, бережно накопленное ради мира в семье, рассыпалось внутри нее мелкой пылью. Словно кто-то одним движением смахнул со стола карточный домик.
— И куда же, по вашему замечательному плану, должна отправиться я? — спросила она почти спокойно. — Пока вы будете любоваться большими окнами и жить в новом доме в престижном квартале?
Валерия оживилась так быстро, будто только этого вопроса и ждала. Видимо, она решила, что свекровь наконец начала рассуждать «конструктивно» и готова обсуждать собственное выселение как обычный бытовой вопрос.
— Вот об этом вообще не волнуйтесь! — с воодушевлением заявила она. — Мы все заранее продумали. Риелтор уже нашел отличный вариант: небольшая, очень уютная студия на окраине, район зеленый, рядом лесопарк. Воздух чистый, тихо, машин почти нет. Вам там на пенсии будет прекрасно: гулять по дорожкам, отдыхать, природа рядом.
