Вскоре к Марине явились Кирилловы родители. Говорили долго, сначала мягко, потом всё настойчивее: мол, отпусти их сына, не крути ему душу, не ровня ты ему и не будет из такого союза добра. Марина выслушала, собрала вещи и снова уехала в город, оставив дом и всё, что ещё держало её в родных местах. Поняла она: спокойной жизни ей здесь уже не дадут. С одной стороны — Кирилл со своей безоглядной любовью, с другой — сельские взгляды, осуждение и пересуды.
Так минуло семь лет.
Только и в городе судьба не сразу стала к Марине ласковой. Устроилась она продавщицей в магазин, снимала угол, жила скромно, без лишних надежд. Потом встретился ей человек солидный, уважаемый, с положением. Он ухаживал серьёзно, без пустых обещаний, и Марина согласилась стать его женой. Вскоре у них родился сын.
Муж оказался человеком порядочным и обеспеченным. Жили они в просторной, светлой квартире, растили мальчика, строили планы. Он не раз заводил разговор о том, что надо бы съездить в её село и решить, что делать со старым домом. Но Марину туда совсем не тянуло. Даже когда навещала мамину могилу, в самом селе старалась не появляться.
Слишком тяжёлые воспоминания остались у неё о тех годах: смерть матери, людская злоба, чужие упрёки. Дом, конечно, требовал заботы — сколько лет стоял закрытый, с забитыми окнами. Но всё откладывали да откладывали, пока не заболел муж. Лечили его долго: и в Киев возили, и к Чёрному морю, надеялись, что климат поможет. Намучились оба, только болезнь не отступила.
В пятьдесят лет Марина осталась вдовой. Горе легло на неё тяжёлым камнем. Сыну было всего пятнадцать — его ещё растить, учить, выводить в люди. А старый сельский дом всё чаще вспоминался ей как незавершённое дело. Продать бы его, да поставить точку. Может, кто-нибудь из местных и купит.
Летом Марина собралась с сыном и поехала в село. Сначала они привели в порядок мамину могилу, а потом показались людям. Марина шла в чёрном платье с белой отделкой, в аккуратной шляпке, всё такая же видная и красивая. Рядом шагал высокий сын. Пока они шли к дому, из калиток выглядывали соседи. Марина здоровалась со всеми, хотя многих уже не узнавала.
Дом за годы заметно осел, ставни перекосились, крыльцо требовало ремонта. И всё же стоял крепко, не развалился, будто ждал хозяйку. Днём к ним потянулись соседи: кто из любопытства, кто по старой памяти. Расспрашивали, как жилось в городе, что стало с семьёй. Марина отвечала спокойно, рассказывала о своей городской жизни и о своей тяжёлой потере.
Новость об этом в деревне разлетелась почти сразу: к вечеру уже, казалось, знали все.
Поздней порой, когда сын давно уснул, Марина сидела у стола и перебирала старый семейный альбом. Тишину вдруг нарушил осторожный стук. Она открыла дверь — и замерла. На пороге стоял Кирилл. Видно было, что и его жизнь не пожалела.
