– Аннушка, ты что думаешь, он когда-нибудь сам за себя платить начнёт? Ты только привыкла к его просьбам. Не давай больше, если хочешь, чтобы он человеком стал.
Анна тогда отмахивалась. «Это мой сын, я обязана помогать», — твердили её мысли. Но теперь, спустя годы, она чувствовала, что долг превратился в оковы, а забота — в бесконечный источник её усталости.
Она вернулась к альбому, рассматривая снимок мужа. Его глаза смотрели на неё с фотографий, как будто спрашивая: «Почему ты не можешь поставить его на место?».
Анна Петровна глубоко вздохнула, закрывая альбом. Она поняла, что больше не может жить в прошлом. Её сыну нужно было что-то большее, чем деньги. Ему нужно было научиться жить самому.
***
На следующий день, рано утром, Анна Петровна стояла у окна, кутаясь в старый шерстяной платок. Алексей, сонный, но всё ещё с каким-то едва заметным вызовом в глазах, топтался у двери.
– Ну что, мама? Ты мне дашь или как? — он переминался с ноги на ногу, избегая смотреть ей прямо в глаза.
– Алексей, я… — она помедлила, набирая в лёгкие воздуха. — Я не могу больше тебе давать.
Эти слова прозвучали как удар. Сама Анна почувствовала, как её сердце замерло. Алексей поднял брови, словно не расслышал.
– Ты что, серьёзно? Мать, это даже не смешно! — он нервно рассмеялся, но в этом смехе не было радости. — Ну ты подумай! У меня встреча с людьми, а ты мне теперь что, отказать решила?
– Да, сынок, отказала, — её голос дрогнул, но взгляд остался твёрдым. — Ты должен сам начать думать, где взять деньги. Я всю жизнь пыталась тебя оберегать, а ты… Алексей, ты сам себя в угол загнал.
Алексей сжал кулаки.
– Отлично! — выкрикнул он, срываясь на крик. — Всю жизнь я был тебе должен, да? Ты всегда этим меня попрекаешь! Ладно, я понял. Я уезжаю! Делайте тут что хотите, но меня больше не ждите! — он схватил куртку и вылетел из квартиры, громко хлопнув дверью.
Анна Петровна застыла на месте, сжав руки в замок. В квартире повисла мёртвая тишина, нарушаемая только шорохом ветра за окном. Она опустилась на стул, закрыв лицо руками.
День тянулся мучительно медленно. Анна находила утешение в привычных делах — прибрала полки, переложила бельё, но всё время её мысли возвращались к сыну. Где он? Что он делает? Она украдкой смотрела в окно, надеясь увидеть знакомую фигуру, но улица была пуста.
Алексей тем временем брёл по городу, недовольно пнув банку с тротуара. Его переполняли злость и обида. Он не знал, куда идти, пока случайно не наткнулся на Лену, свою старую знакомую.
– Алёша? — удивилась она, увидев его у остановки. — Ты чего здесь?
– Так, гуляю, — он махнул рукой, пытаясь скрыть свою растерянность.
Лена была обычной девушкой, но в её глазах светилось какое-то тихое упорство. Она рассказала, что устроилась работать официанткой, чтобы накопить на обучение.
– Слушай, ты тоже можешь попробовать, — предложила она. — Знаешь, как легко сейчас найти подработку?
Алексей усмехнулся.
