И что? Дима с Мариной сидели, и жизнь шла своим чередом. Но Галина продолжала тосковать по тому, что так и не добилась своего. Вставала утром, жаловалась на сына, что вот, мол, его никто не ценит, и она им как бы помогала.
Но что удивительно — Антон не жаловался, не просил пощады. Наоборот, он и Наташа начали сами справляться. Через полтора года упорного труда и жёсткой экономии они смогли накопить на первый взнос. Выбрали себе скромную квартиру в хорошем районе, с удобной транспортной развязкой.
Галина узнала об этом последней. Спокойно. Сдержанно. Никаких грандиозных выражений и чувств. Только тихая, неловкая обида. И чем больше она думала, тем яснее понимала: нельзя распоряжаться чужими жизнями, какими бы благими намерениями ты не руководствовался. Нельзя быть щедрым за чужой счёт.
— Поздравляю с новосельем, — сухо сказала она, когда Антон пригласил её посмотреть на их новую квартиру. — Хорошая квартира.
— Спасибо, мам, — ответил Антон. В его голосе не было ни злости, ни обиды. Только спокойствие. Вот оно, настоящее взрослое спокойствие, когда человек сам строит свою жизнь.
После этого Галина Николаевна уже не так часто посещала своего старшего сына и невестку. Меньше советов, меньше замечаний. А вот Антон и Наташа — наоборот. Всё меньше ощущалось в их жизни присутствие материнских указаний. Они шли своей дорогой.
— Как мама? — спросил как-то Дмитрий у брата.
— Нормально, — пожал плечами Антон. — Обижается, конечно. Но всё меньше. Наверное, поняла.
Марина молчала, благоразумно избегая лишних комментариев. Ей и Дмитрию было хорошо вдвоем. Комфортно. Спокойно. Каждый занимался своим делом, строил свою семью. Делал свои выборы и нес за них ответственность.
И в конце концов, в этой всей истории было одно простое, но важное открытие — каждый человек вправе распоряжаться своей жизнью так, как он решит. И уважать чужие решения. Даже если они кажутся неправильными.
Конец.
