Галина не заметила, как прошел еще час. Она сидела неподвижно, глядя на остывшие свечи. В голове крутились обрывки воспоминаний. Прошлогодняя годовщина — Виктор задержался на работе и пришел в час ночи с коробкой конфет из круглосуточного магазина. День рождения Галины — он забыл, но потом, смущаясь, подарил сертификат в спа-салон, заказанный через секретаршу. Рождество — они должны были поехать к морю, но возникли срочные дела, и Галина ехала одна, а Виктор обещал присоединиться позже, но так и не смог.
Каждый раз она находила оправдания. У мужа ответственная работа. Он обеспечивает семью. Строит карьеру. Разве можно его винить?
Галина вздрогнула, когда часы пробили одиннадцать. Воспоминание о недавнем разговоре с мамой внезапно всплыло в памяти. «Доченька, ты всегда находишь ему оправдания. Но если человек раз за разом ставит что-то выше тебя, значит, так оно и есть».
Тогда она обиделась на мать. А сейчас, глядя на остывший ужин и потухшие свечи, впервые подумала: «А если она права?»
Галина медленно поднялась. Пальцы, которые еще недавно так старательно раскладывали приборы, теперь механически собирали их со стола. Она убирала тарелки, бокалы, снимала скатерть — методично, словно выполняла привычную рутину. Выбросила оплывшие свечи. Накрыла крышкой остывшую утку и убрала в холодильник.
Когда стол опустел, Галина остановилась, глядя на свое отражение в оконном стекле. Усталая женщина с потухшим взглядом смотрела на нее из темноты. Где-то там, в глубине зрачков, еще тлела искра — то ли обиды, то ли решимости.
Она погасила свет на кухне и перешла в гостиную. Села в кресло, выключив торшер. И стала ждать в темноте, чувствуя, как что-то внутри нее медленно, но безвозвратно меняется.
Без четверти час ночи входная дверь тихо скрипнула. Виктор вошёл осторожно, словно вор в собственном доме. В прихожей он замер, прислушиваясь. Тишина. Это хороший знак — значит, Галина спит, и неприятный разговор можно отложить до утра. А утром он выскользнет пораньше и задобрит её вечером каким-нибудь подарком. Как обычно.
Он на цыпочках прошёл по коридору, стараясь не задеть тумбочку — помнил, как громко она скрипит. Пиджак Виктор снял ещё в дверях и теперь нёс его, перекинув через руку. Галстук был ослаблен, верхняя пуговица рубашки расстёгнута. От него пахло дорогим коньяком и сигарами — в честь подписания контракта Северцев выставил лучшее, что было в баре ресторана.
В голове всё ещё крутились цифры из договора. Четыре миллиона — не шутка. Такой контракт не стыдно отпраздновать. Да и кто бы отказался от делового ужина с директором крупнейшей логистической компании в городе? Секретарша будто специально поставила эту встречу на вечер. Хотя… возможно, он сам назначил её на сегодня. В последние годы Виктор часто заполнял вечера работой — так меньше времени оставалось на бессмысленные разговоры дома.
Гостиная встретила его непроглядной темнотой. Он уже прошёл было мимо, направляясь в спальню, когда вдруг заметил силуэт в кресле. Виктор вздрогнул и резко остановился.
