— Таня, нам нужно серьезно поговорить, — сказал Вадим за ужином, отодвигая тарелку с недоеденным борщом.
— Только не начинай опять про ипотеку. У меня уже в ушах звенит от твоего нытья, — отмахнулась Таня.
— Это не нытье, это реальность. Ставку подняли на два процента. Коммуналка выросла на тридцать процентов. А моя нормальная зарплата накрылась медным тазом.
— И что ты предлагаешь? Продать квартиру, за которую мы бьемся уже четыре года, и переехать к твоей мамочке в однушку? Или, может, в коробку из-под холодильника?
— Лучше временные трудности, чем вечное рабство у банка! — Вадим стукнул ладонью по столу. — За эти деньги мы можем снять квартиру и еще останется на жизнь.
— Ага, и будем всю жизнь скитаться по съемным углам. А потом, когда состаримся, будем просить милостыню у метро? Отличный план, просто блеск!
Все было так: муж боялся долгов. И проценты действительно выросли. И премию на работе отменили.
Но это же — их квартира, их крепость, их будущее! Ну как можно от нее отказаться из-за временных трудностей?
— Слушай, — Таня подошла к мужу и присела рядом, взяв его за руку. — У твоего брата бизнес процветает. Он может одолжить нам. Потом когда-нибудь вернем.
— Опять занимать? — Вадим поморщился. — Мы до сих пор не отдали ему за ремонт.
— Ну и что? Твой брат не бедствует. И вообще, у него есть обязательства перед семьей!
— У меня тоже есть обязательства — перед тобой. И я не хочу, чтобы мы каждый месяц дрожали, гадая, хватит ли денег на очередной платеж.
— Вадим, пойми, — Таня перешла в наступление. — Сейчас все экономят. У всех трудности. Но умные люди не продают квартиры, а находят способы удержаться на плаву!
— И как же нам удержаться? — скептически спросил Вадим.
— У твоего отца пенсия приличная. Он живет один, ему много не надо. Пусть поможет.
— Ты предлагаешь трясти деньги из моего пенсионера-отца?! — Вадим вскочил со стула. — До такого даже ты еще не опускалась!
— А что тут такого? — искренне удивилась Таня. — Он все равно все на дачу тратит. А нам нужнее. Мы его наследники, в конце концов!
— Да он еще десять лет проживет!
— Вот и хорошо! Успеем вернуть! — беззаботно махнула рукой Таня.
Вадим смотрел на жену и не узнавал ее. Когда эта милая девушка, в которую он влюбился пять лет назад, превратилась в эту… хищницу? И почему он раньше не замечал?
Наверное, потому что раньше они жили по средствам. А потом решили взять ипотеку на квартиру «своей мечты» — чуть больше, чем могли себе позволить, но «мы же справимся, правда?». И Вадим согласился, потому что любил Таню, а она так мечтала об этой квартире с видом на парк.
Все было так: муж сомневался. И процентная ставка действительно выросла непомерно. И денег катастрофически не хватало.
Но Таня не могла допустить потери квартиры. Потому что это было бы признанием ее ошибки. А еще потому, что она обещала маме, что никогда не будет жить хуже, чем она сама. А мама всю жизнь прожила в своей квартире.
