— Потому что ничего серьёзного не произошло, — устало ответила Ольга. — Просто голова на минуту закружилась. С беременными такое бывает.
— Мама сказала, ты чуть не потеряла сознание!
— Твоя мама преувеличивает. Как всегда.
— Что значит «как всегда»? — вмешалась Валентина Васильевна. — Я, значит, преувеличиваю? То есть, если бы я тебя не поддержала, и ты бы упала и ударилась, было бы лучше?
— Я не собиралась падать, — Ольга почувствовала, как закипает раздражение. — И вообще, может, головокружение началось именно из-за того, что вы меня весь день донимали своими указаниями и запретами!
— Вот как ты со мной разговариваешь! — всплеснула руками свекровь. — Видишь, Игорь, как она со мной обращается? А я ведь только добра вам желаю!
Игорь переводил взгляд с матери на жену, явно не зная, на чью сторону встать.
— Ладно, успокойтесь обе, — наконец сказал он. — Оля, тебе действительно надо быть осторожнее. А ты, мама, не драматизируй, пожалуйста.
— Я не драматизирую! — возмутилась Валентина Васильевна. — Я беспокоюсь! А она… она меня не уважает! Пользуется тем, что живёт в моём доме, и ведёт себя так, будто я здесь никто.
— Прекрати, мама, — Игорь поморщился. — Никто тебя не обижает.
— Нет, обижает! — свекровь неожиданно всхлипнула. — Она настраивает тебя против меня. Всегда так делала, а теперь вообще… Ребёнок родится, вы меня вообще выбросите, как старую вещь.
И она разрыдалась — громко, с подвываниями, закрыв лицо руками.
Игорь тут же бросился к ней, обнял, начал успокаивать. А Ольга молча вышла из комнаты. В этот момент она особенно остро поняла, насколько всё плохо. И что будет только хуже.
Когда родилась дочка — маленькая, с пушистым тёмным волосом — Ольга думала, что теперь всё изменится. Что свекровь смягчится, увидев внучку, что они найдут общий язык.
Но не тут-то было. Валентина Васильевна развернула новое наступление — теперь уже на тему воспитания.
— Ты её неправильно держишь, — говорила она, наблюдая, как Ольга кормит ребёнка. — В моё время детей иначе пеленали.
— Сейчас врачи не рекомендуют тугое пеленание, — спокойно отвечала Ольга.
— Врачи! Что они понимают! Вот у меня Игорёк вырос здоровым, и ничего, дожил до сорока лет без всяких психологических травм.
Ольга прикусывала губу, чтобы не ответить резко. Забота о дочке отнимала все силы, и на споры их просто не оставалось.
Но однажды она вернулась из душа и застала свекровь, которая давала трёхмесячной девочке воду с ложечки.
— Что вы делаете? — воскликнула Ольга, кинувшись к кроватке. — Ей нельзя воду! Она на грудном вскармливании!
— Ребёнок должен пить воду, — невозмутимо ответила Валентина Васильевна. — Все дети пьют воду.
— Грудные дети получают всю необходимую жидкость с молоком, — Ольга еле сдерживалась, чтобы не закричать. — Современная педиатрия это доказала. Вы хотя бы у меня спросили сначала!
— А что спрашивать? Я троих детей вырастила, не тебе меня учить.
— Двоих, — машинально поправила Ольга. — У вас двое детей.
Лицо свекрови исказилось.
