— Не тебе считать моих детей! — прошипела она. — Я знаю, сколько у меня детей!
И выскочила из комнаты, хлопнув дверью.
Вечером, когда Игорь вернулся с работы, его встретила зарёванная мать.
— Она оскорбляет меня, — всхлипывала Валентина Васильевна. — Говорит, что я плохая бабушка, что не умею с детьми обращаться. А сама… сама малышку чуть не уморила! Не даёт ей воды, представляешь? Ребёнок кричит от жажды, а она твердит какую-то чушь про грудное молоко!
Игорь вызвал Ольгу на «серьёзный разговор».
— Послушай, — начал он, — я понимаю, что ты устала, что тебе тяжело. Но нельзя так с мамой. Она хочет помочь.
— Отпаивать трёхмесячного ребёнка водой — это не помощь, а вред, — отрезала Ольга. — И я не говорила, что она плохая бабушка. Я просто попросила не делать ничего такого без моего ведома. Это мой ребёнок, в конце концов!
— Наш, — поправил Игорь. — И мама имеет право…
— Право давать ей что попало без моего согласия? — Ольга почувствовала, как внутри всё закипает. — Серьёзно? А если она завтра решит покормить её мёдом? Или укроет тёплым одеялом в жару? Тоже будем говорить, что это её право?
— Не преувеличивай, — поморщился Игорь. — Мама просто старой закалки. У неё свои представления о воспитании.
— Устаревшие представления! Которые могут навредить!
— Ладно, ладно, — он примирительно поднял руки. — Я поговорю с мамой, чтобы она согласовывала с тобой всё, что касается ребёнка.
Но, судя по всему, разговора не было. Или был, но не подействовал. Потому что на следующий день, пока Ольга спала после ночного кормления, свекровь забрала ребёнка к себе и намазала её щёчки, покрасневшие от жары, каким-то народным средством — «от опрелостей».
К вечеру у малышки начался зудящий дерматит, и пришлось срочно ехать в больницу.
Когда дочке исполнилось полгода, Ольга поняла, что больше не может. Постоянные стычки со свекровью, молчаливое неодобрение мужа, который считал её «слишком нервной», отсутствие личного пространства — всё это выматывало сильнее, чем бессонные ночи с ребёнком.
Последней каплей стал подслушанный разговор. Валентина Васильевна говорила по телефону с кем-то из родственников и, думая, что Ольга с дочкой гуляют, откровенничала:
— …да замучила она меня совсем! Ходит как царица, командует, к внучке не подпускает. А Игорёк совсем под каблуком у неё. Но ничего, я своего не отдам. Если она не уходит — я сделаю так, чтобы сын сам её выгнал.
Ольга застыла в коридоре, держа спящую дочку на руках. В голове звенело от обиды и гнева. Свекровь не просто не любила её — она активно хотела разрушить их семью.
«Всё, хватит», — решила Ольга.
Когда Игорь вернулся с работы, она встретила его уже собранным чемоданом.
— Что это? — недоумённо спросил он. — Ты куда собралась?
— К маме, — спокойно ответила Ольга. — С дочкой.
— Почему?
— Потому что я так больше не могу, Игорь. Твоя мать меня ненавидит. Она вредит нашему ребёнку. Она пытается разрушить наш брак. А ты ничего с этим не делаешь.
