Никаких слез, никаких истерик. Она просто кивнула и вышла из комнаты. И это после тридцати лет брака! Он ожидал борьбы, криков, уговоров — чего угодно, только не этого спокойного принятия.
Первые дни в новой квартире, снятой недалеко от работы, были наполнены эйфорией. Вероника приходила каждый вечер, они готовили ужин, смотрели фильмы, занимались любовью. Он чувствовал себя молодым, желанным, полным энергии.
Но постепенно что-то начало меняться. Вероника всё чаще задерживалась на работе. Всё чаще отменяла встречи.
— У меня отчеты, — говорила она по телефону. — Давай завтра.
Но «завтра» повторялось снова и снова. А потом он увидел её в кафе с молодым коллегой Артёмом. Они сидели, соприкасаясь коленями, и она смотрела на него точно так же, как недавно на Василия.
В тот вечер она не пришла совсем. Не ответила на звонки. А на следующий день прислала сообщение: «Извини, но между нами всё кончено. Ты хороший, но… я встретила кое-кого».
Василий долго смотрел на экран телефона, не в силах поверить. Месть судьбы? Насмешка? Кармическое возмездие?
Следующие дни он провел как в тумане. Ходил на работу, возвращался в пустую квартиру, заказывал еду, которую не мог есть, смотрел телевизор, не видя изображения.
Встреча с детьми на выходных окончательно добила его.
— Пап, ты сошел с ума? — воскликнула дочь Полина. — Бросить маму ради какой-то… — она запнулась, подбирая слово поприличнее, — девицы, которая годится тебе в дочери?
— Это моя личная жизнь, — попытался отстоять свои права Василий, но вышло неубедительно.
— Мама никогда не жаловалась, — вступил сын Михаил. — Всегда говорила о тебе только хорошее. А ты… — он махнул рукой. — Ладно, твоё дело. Но не ожидай, что мы будем это одобрять.
Они ушли, оставив его наедине с мыслями. Что он наделал? Разрушил семью, оттолкнул детей, потерял уважение коллег (новость о его романе с молодой бухгалтершей разлетелась мгновенно). И ради чего?
А потом начали проявляться мелочи. Оказалось, что он не знает, как правильно сортировать белье для стирки. Не умеет готовить ничего сложнее яичницы. Не помнит, когда нужно оплачивать коммунальные платежи.
Всем этим раньше занималась Светлана. Незаметно, не требуя благодарности, просто делала. А он принимал как должное.
Василий стал вспоминать их совместную жизнь, но теперь с другой стороны. Как Света поддерживала его, когда он менял работу. Как ухаживала, когда он болел. Как умела найти нужные слова, когда он сомневался в себе.
Разве это не ценность? Разве это не любовь — тихая, спокойная, надежная, как скала?
Телефон зазвонил, вырвав его из размышлений. Незнакомый номер.
— Василий Григорьевич? — раздался незнакомый мужской голос. — Это Николай, кардиолог из городской больницы. Ваша жена… то есть, бывшая жена, Светлана Олеговна у нас.
Сердце ухнуло куда-то вниз.
— Что с ней?
— Ничего смертельного, не волнуйтесь. Предынфарктное состояние. Сильный стресс. Она просила никому не звонить, но в её карте вы указаны как контактное лицо.
