— Вы опять не вытерли раковину после ужина, Алина, — тихо, но с металлической ноткой в голосе проговорила Раиса Петровна, стоя в дверях кухни, как тень из старого советского фильма про войну.
Алина медленно обернулась. В одной руке у неё была кружка с недопитым чаем, во второй — телефон, на экране которого зависал чат с коллегой. На часах — 22:47.
— Раиса Петровна, я работаю до восьми, в метро трясусь ещё час, потом готовлю ужин, мою посуду, вытираю всё, что шевелится. Вы хотите, чтобы я полировала раковину зубной щёткой перед сном? — спокойно, но с явной усталостью сказала Алина.
— А что, хорошая мысль, — с сарказмом откликнулась свекровь. — Я своей зубной щёткой в своё время и кафель драила. И ничего, муж носил меня на руках.
— Ага, в переносе ковра с балкона на балкон, — пробормотала Алина, делая глоток чая.
Раиса Петровна это слышала. И проигнорировала. В её мире сарказм — это не стиль общения, а плохое воспитание.
— Ты, Алина, невестка, а не директор банка. И если уж ты в этом доме живёшь, изволь соблюдать распорядок. Всё должно быть по расписанию. Завтрак в восемь, обед в час, ужин в семь. Вещи в шкафу по цвету. Мужа встречать с работы с улыбкой. Платья носить, а не вот это… — она бросила взгляд на свободные спортивные штаны Алины. — Мужчинам важен внешний вид жены. Дмитрий у меня эстет.
Алина, не поднимая глаз от телефона:
— Ну конечно, он же на фоне кастрюль и маминого контроля особенно чувствителен к прекрасному.
Раиса Петровна смерила её взглядом. В её арсенале было два оружия: игнор и пассивная агрессия. Сегодня второе вырвалось вперёд.
— Завтра распечатаю тебе список. Нормальный, человеческий. Как должна себя вести жена в приличной семье. Я этот список ещё в молодости от свекрови получила. Видишь, пригодился. Традиции надо соблюдать, Алина.
— Ага, особенно такие, где женщина должна сдохнуть на кухне, — фыркнула та.
И ушла в спальню. Без скандала, без хлопанья дверью. Просто села на кровать, отключила звук на телефоне и долго смотрела в пустую стену. Там раньше висел её диплом, пока Раиса Петровна не назвала рамку «вульгарной».
Следующий день начался по уже обкатанному сценарию.
— Я тут сделала тебе шпаргалку, Алина, — с напускной лёгкостью сказала свекровь, протягивая лист с пунктами, будто это не манифест абьюза, а рецепт кекса. — Список привычек хорошей жены.
Алина взяла лист. Села. Прочитала вслух:
— «Не пререкаться с мужем. Не повышать голос. Не спорить с матерью мужа. Не носить одежду из синтетики. Убирать волосы в пучок. Стирать бельё отдельно. Ежедневно гладить рубашки мужа. Принимать душ не позже девяти вечера, чтобы не мешать соседям.» — она подняла глаза. — Это вы серьёзно?
— Конечно, серьёзно. Я с этим списком живу уже сорок лет. И, между прочим, не развелась, — гордо заметила Раиса Петровна.
Алина снова посмотрела на бумагу.
— Не удивительно. Муж, видимо, просто сбежал раньше.
— Он умер! — с нажимом сказала свекровь. — Царство ему небесное. И он был доволен мной как женой.
