— Конечно, во всем виноват я, — горько усмехнулся Илья. — А то, что она хамит, игнорирует элементарные правила дома, не помогает по хозяйству — это, видимо, последствия травмы?
— Да, именно! — выкрикнула Маша. — Варя так выражает свой протест! Ей нужна поддержка, а не критика!
— Поддержка не означает вседозволенность, — возразил Илья. — Я видел детей, которых так «поддерживали». Они вырастают не способными жить в обществе, где есть правила и обязанности.
— Ах, так теперь ты эксперт по воспитанию? — съязвила Маша. — А сам-то детей имеешь?
Этот удар был ниже пояса. Илья до встречи с Машей так и не обзавелся семьей, хотя всегда мечтал о детях. Поэтому отношения с женщиной, у которой уже есть ребенок, казались ему идеальным вариантом. Но сейчас он чувствовал себя как никогда далеким от своей мечты о семье.
Ужин прошел в гнетущем молчании. Варя, получив назад свои гаджеты, даже не притронулась к еде, молча ковыряя вилкой в тарелке, пока Маша не разрешила ей уйти. Илья и Маша остались на кухне вдвоем.
— Нам нужно серьезно поговорить, — произнес Илья, когда за Варей закрылась дверь.
— Я слушаю, — Маша скрестила руки на груди.
— Я понимаю, что не являюсь отцом Вари, — начал Илья. — И не претендую на эту роль. Но я живу с вами, забочусь о вас обеих, и мне небезразлично, какой человек из нее вырастет.
— Она вырастет прекрасным человеком, — отрезала Маша. — Я делаю для этого все возможное.
— Ты делаешь все, чтобы она не расстраивалась, — возразил Илья. — Это разные вещи. Хороший человек формируется не только через получение всего, что хочется, но и через труд, ответственность, уважение к другим.
— Ты считаешь, что я плохая мать? — в голосе Маши послышались слезы.
— Нет, — Илья подался вперед, пытаясь взять ее за руку, но она отстранилась. — Я считаю, что ты слишком боишься ее огорчить. Возможно, из-за развода, из-за чувства вины… Но в долгосрочной перспективе это не делает ее счастливее.
— А что, по-твоему, делает? — спросила Маша. — Постоянные наказания? Принуждение? Лишение того, что ей дорого?
— Баланс, — ответил Илья. — Баланс между свободой и ответственностью. Между правами и обязанностями. Пойми, я не хочу превращать ее жизнь в казарму. Я просто хочу, чтобы она росла с пониманием, что не весь мир крутится вокруг нее.
Маша долго молчала, глядя в окно, за которым сгущались сумерки.
— Знаешь, — сказала она наконец, — мы с Вариным отцом тоже постоянно спорили о воспитании. Он считал, что я ее балую. А я считала, что он слишком строг. В итоге… сам знаешь.
Илья кивнул. Он знал, что Машин брак распался три года назад, когда Варе было девять. И с тех пор ее бывший муж почти не участвовал в жизни дочери, ограничиваясь редкими звонками и нерегулярными алиментами.
— Илья, я не хочу повторения той ситуации, — продолжила Маша. — Не хочу снова разрываться между дочерью и мужчиной.
— Но и жить как сейчас тоже нельзя, — мягко сказал Илья. — Мы с Варей как на пороховой бочке. Любой пустяк может вызвать конфликт. И это только ухудшается.
