Он развернулся и вышел из кухни, оставив обеих в растерянности. Через несколько минут из спальни послышался звук выдвигаемых ящиков комода и шкафа.
Варя победно улыбнулась и прошептала:
— Наконец-то он уйдет.
Маша посмотрела на дочь долгим, нечитаемым взглядом, потом молча вышла из кухни. Она остановилась в дверях спальни, наблюдая, как Илья методично складывает вещи в дорожную сумку.
— Ты действительно уходишь? — спросила она тихо.
— А есть другие варианты? — Илья даже не поднял глаз. — Ты ясно дала понять, что мое мнение о воспитании не имеет значения. И что критика Вари — достаточный повод для расставания.
— Я не это имела в виду, — Маша шагнула в комнату. — Я просто защищала дочь…
— Нет, Маш, — Илья наконец посмотрел на нее. — Ты не защищала. Ты позволила ей манипулировать тобой. И это происходит не в первый раз. Любая попытка установить границы, привить ответственность — все разбивается о твой страх потерять ее любовь.
— Ты не понимаешь… После развода она была такой ранимой. Я боялась сделать ей еще больнее.
— И вместо этого сделала ее неспособной к нормальным отношениям, — Илья застегнул сумку. — Я действительно люблю тебя, Маша. И Варю тоже, хоть это и сложно. Но я не готов жить в доме, где моя роль сводится к оплате счетов и молчаливому наблюдению за тем, как растет маленький тиран.
— Ты преувеличиваешь, — попыталась возразить Маша, но в ее голосе не было уверенности.
— Может быть, — Илья взял сумку. — Но это моя точка зрения. И поскольку она неприемлема, мне лучше уйти.
— Давай хотя бы попробуем еще раз, — Маша схватила его за руку. — Я поговорю с Варей серьезно. Объясню ей…
— Нет, — Илья мягко высвободил руку. — Ты уже выбрала сторону. И я уважаю твой выбор. Ты мать, это твое право.
В дверях спальни появилась Варя. Она выглядела уже не такой триумфальной — скорее растерянной, словно не ожидала, что ее угроза действительно сработает.
— Ты… ты правда уходишь? — спросила она неуверенно.
— Правда, — кивнул Илья. — Но не переживай, я оставил деньги на твой новый телефон. Мама купит, когда сможет.
Он прошел мимо девочки, на мгновение остановившись, будто хотел добавить что-то еще, но передумал. В прихожей Илья быстро обулся, накинул куртку.
— Я заберу остальные вещи на неделе, когда вас не будет дома, — сказал он Маше. — Ключи оставлю в почтовом ящике.
Дверь закрылась за ним с тихим щелчком. Маша осталась стоять в прихожей, чувствуя, как по щеке течет слеза. Позади послышались неуверенные шаги Вари.
— Мам… он… он вернется? — в голосе девочки впервые за долгое время звучало что-то похожее на раскаяние.
Маша не ответила. Она сама не знала ответа на этот вопрос.
