Прошел месяц с момента примирения. Елена Сергеевна удивительно строго соблюдала новые правила. Она приходила раз в неделю, приносила гостинцы, играла с внуком, но больше не пыталась командовать и советовать. Андрей постепенно оттаивал, становился приветливее с тещей. Виктория не могла нарадоваться на установившийся мир.
Но однажды, когда они возвращались из магазина, Елена Сергеевна внезапно сказала:
— Вика, я записала Диму в гимназию на пробное собеседование. В следующую среду в четыре часа.
Андрей, шедший чуть впереди с тяжелыми сумками, резко остановился. Виктория похолодела — они же договорились!
— Мама, мы решили отдать Диму в районную школу, — осторожно напомнила она. — Мы обсуждали это.
— Знаю-знаю, — Елена Сергеевна отмахнулась. — Но это же просто собеседование! Ни к чему не обязывает. Просто чтобы иметь варианты.
Андрей медленно повернулся к теще. Его лицо окаменело:
— Елена Сергеевна, вы нарушаете наш договор.
— Какой еще договор? — возмутилась та. — Я просто предлагаю альтернативу! Никто не говорит, что нужно обязательно туда идти. Я просто записала…
— Без нашего ведома, — отрезал Андрей. — Без нашего согласия. За нашей спиной. Именно об этом мы и говорили месяц назад — никаких решений о Диме без нашего участия.
Виктория взяла мужа за руку, чувствуя, как напряглись его пальцы:
— Андрей, давай не будем посреди улицы…
— Нет, Вика, давай прямо сейчас всё проясним, — Андрей не сводил глаз с Елены Сергеевны. — Мы решили, что Дима пойдет в районную школу. Это решение не обсуждается. Ни о каком собеседовании в гимназии речи не было. Вы не имели права записывать его куда-либо без нашего согласия.
— Но это же престижная гимназия! — Елена Сергеевна повысила голос. — С углубленным изучением языков! С особой программой для одаренных детей! А ваша районная школа — обычная серость!
— Мама, хватит, — Виктория тоже начала злиться. — Мы уже всё решили. И нам важно, чтобы Дима ходил в школу рядом с домом, а не ездил через весь город.
— Деньги на такси я могу дать! — Елена Сергеевна перешла почти на крик. — Всё ради внука!
— При чем тут деньги? — Андрей с трудом держал себя в руках. — Дело не в деньгах. Дело в том, что мы — родители Димы, и МЫ решаем, что для него лучше. Не вы.
— Вы решаете! Вы! — передразнила его Елена Сергеевна. — А я, значит, должна молча смотреть, как вы прокладываете дорогу в никуда? В серую, безликую жизнь без перспектив?
— Мама! — воскликнула Виктория. — Что ты такое говоришь? Какое право ты имеешь судить нашу жизнь?
— Я твоя мать! — отрезала Елена Сергеевна. — И я лучше знаю, что нужно тебе и моему внуку!
Андрей горько усмехнулся:
— Ну вот и все. Мы вернулись к тому, с чего начали. Вы ничему не научились, Елена Сергеевна. И ничего не поняли.
Три дня после инцидента никто не звонил и не приходил. Виктория пыталась поговорить с Андреем, но он отмалчивался. Видно было, что внутри него клокочет гнев.
