Девушка подумала о Грише. Как он сейчас стоит, наверное, у дверей ЗАГСа, в строгом пиджаке, гладко причесанный, с тем самым выражением лица — будто его попросили обновить драйвер жизни, а он не уверен, что совместимо.
Они вместе уже три года. И все вроде было правильно: он надежный, тихий, никогда не перебивает, знает, как подключить интернет без скандала с провайдером, всегда спрашивает, что купить в магазине. Но…
Маша поймала себя на мысли, что за последние полгода они ни разу не смеялись до слез. Не спорили из-за ерунды, не писали друг другу глупости. Все было правильно, но ровно. Как ее бухгалтерия. Она попыталась вспомнить последний разговор о будущем. Он сказал:
— Надо будет обновить роутер. У нас, если что, дети появятся — сигнал слабый будет.
Это было мило. И немного жутко.
Она достала телефон. Пропущенные звонки — мама, три раза. Сообщения: «Ты где? Гости уже собрались», «Мы накрыли фрукты. Папа волнуется», «Скажи что-нибудь, если ты не передумала!»
Маша открыла новое сообщение и долго смотрела в мигающий курсор. Пальцы повисли над экраном. Она хотела написать: «Я еду», но не была уверена. В груди будто сидел маленький человек с ложкой и гремел ею по кастрюле. Тревога. Настоящая. Это ли нормальное чувство в день свадьбы?
Она посмотрела на подвявший букет. Вид его уже желал оставлять лучшего. Маша вдруг почувствовала жажду, так же как и ее букет.
И вдруг вспомнила сон. Еще неделю назад. Будто она стоит в белом платье, и рядом — не он, а кто-то другой. Она даже не запомнила лица, только чувство: легко, смешно, как будто они вместе куда-то опаздывают, но при этом им весело. А сейчас ей — совсем не весело. Сейчас ей хочется выйти из машины, взять букет и просто идти. Куда угодно.
— А если бы ваша невеста не приехала, вы бы разворачивались? — спросила она вдруг у водителя.
— Ну, наверное, через район поехал бы обратно. А вы — куда?
— Не знаю. Может, домой. Может, вообще в Питер.
— Я бы тоже в Питер рванул. Только не на свадьбу. На рыбалку.
— А я — вообще не уверена, что это свадьба. Может, это просто акт приличия.
Они оба замолчали. Спереди наконец-то что-то двинулось. Машина перед ними пошла вперед. Водитель включил поворотник.
Маша кивнула. Но не вздохнула с облегчением, потому что все внутри только сильнее кричало: «Ты не туда едешь». Но руль не в ее руках.
