— Лёш, ну ты хоть с голоду не умер? — Вероника говорила через трубку как будто весело, но без участия. За спиной слышалась музыка, кто-то смеялся.
— Всё нормально, — коротко ответил он, закрывая ноутбук. — Работаю.
— Работаешь, значит… Ну-ну. А чего не звонишь? Мне что, самой к тебе ехать надо? Ха! — она хохотнула. — А я, кстати, встретила тут одного. Такой весёлый, ухаживает. Жизнь-то налаживается. Надоело страдать. Ты ж взрослый, сам справишься.
— Справлюсь, — сказал Алексей и нажал «отбой».
За стеной стучали трубы, в соседней комнате кто-то кашлял. Он включил монитор и снова ушёл в строки кода. Сверху закапала вода — потекло от соседа. Он поставил чашку под каплю и не встал. Просто сидел. Молчал.
Так проходили дни, недели, семестры. Четыре года пролетели между парами, сменами и курсами. Он всё сдал, доучился, не бросил. Был диплом. Была усталость. Была надежда, что дальше станет легче.
На третьем курсе он начал замечать Настю — тихую, собранную, с тугим пучком на голове и конспектами, исписанными от края до края. Они вместе сидели на паре по экономике, потом разговаривали в курилке. Постепенно стали переписываться, встречаться после занятий, вместе решали задания. С ней было просто. Без лишнего.
К весне четвёртого курса она уже ночевала у него чаще, чем у себя.
После вручения дипломов студенты толпились в коридоре, кто-то фотографировался, кто-то звонил родителям.
— Ну, держи! — Миша хлопнул Алексея по спине. — Поздравляю, бакалавр. Теперь ты свободный человек!
Алексей сжал ладонью диплом. Рядом хлопали друг друга по плечам, фотографировались. Он оглядел аудиторию, где прошло четыре года. Всё казалось выцветшим.
Вечером они с Настей — девушкой с курса — сняли комнату на окраине. Потом нашли квартиру получше. Потом взяли собаку из приюта.
Алексей устроился на удалённую работу, сначала за скромную зарплату, потом больше. Настя училась дальше. Жизнь шла. Он не оглядывался.
Задолго до появления в дверях, мать Вероника начала названивать.
Сначала просто жаловалась: мол, тяжело, денег нет, сожитель бросил, здоровье ни к чёрту. Потом стала намекать, что «все отдыхают, а мне бы хоть чуть-чуть развеяться». И вот в один из дней позвонила и почти не спросила:
— Ну можно я хоть на недельку приеду? Просто передохнуть. У вас там просторно, да и вы не чужие. Я обещаю — лишнего просить не буду.
Через два дня после звонка дверь открылась:
— Привет, родные мои! — Вероника буквально влетела в квартиру с сумкой и банкой солёных огурцов. — Ну вот я и приехала! Только на недельку, перевести дух. Не переживайте, много есть не буду!
Алексей смотрел на неё сдержанно. Настя улыбнулась, но в глазах промелькнуло напряжение.
— Неделя, мам. Мы договаривались. Неделя — и всё. У нас сейчас не до гостей.
— Ну вы чего, я же не в тягость! Я вон даже швабру прихватила! — она рассмеялась и полезла в шкаф.
С первого утра Вероника вытирала пыль, переставляла банки, выносила мусор раньше всех. Командовала собакой, поправляла Настю, критиковала еду, стирку, порядок.
