— Да что ты, Витенька, испугался? — Лариса Петровна скрестила руки на груди. — Не переживай. Мы ж с тобой семья. А это… — она кивнула в сторону Алены, — так. Временное недоразумение. Подружка с удобствами.
Алена стиснула зубы так, что в висках застучало.
— Повтори. Вот давай, Лариса Петровна, повтори ещё раз. Про недоразумение.
— Да пожалуйста! — вскинулась та. — Думаешь, ты первая? С такими, как ты, Витя всегда долго не задерживался. Тебя это удивляет? Или ты правда думала, что хватило бы мозгов на нормальную жену?
— Мам, — пролепетал Виктор, — ну хватит…
— МОЛЧИ! — взвизгнула Алена, повернувшись к нему. — МОЛЧИ, Витя! Ты — это вообще шедевр. Мужчина, блин. С буквами «м» и «у». Мама сказала — ты сел. Мама сказала — ты лег. Мама сказала — принеси, подай, убери!
Виктор покраснел. Впервые за долгое время.
— Не надо так, Лёнчик… — пробубнил он.
— Лёнчик?! — Алена скривилась. — Серьёзно? Лёнчик? После всего — Лёнчик?
Она рванула ящик комода, достала свои документы, благо успела их перетащить обратно после вчерашней «уборки».
— Значит так, господа хорошие, — она стиснула зубы. — Квартира моя. Свидетельство — вот оно. Вот. Здесь только я собственник. Ты, Витя, — никто. Мама твоя — тем более.
— Мы… Мы семья, Алена… — попытался вставить он.
— Не надо, — оборвала она. — СЕМЬЯ — это когда есть уважение. Границы. Поддержка. А не когда твоя мать роется в моих трусах, а ты стоишь рядом и глотаешь сопли. Нет у нас семьи. Понял?
Лариса Петровна побелела. Настолько, что даже губы стали сливочного оттенка.
— Ты это сейчас серьёзно? — прошипела она. — Гонишь нас?
— Угу, — кивнула Алена. — На полном серьёзе.
Через пятнадцать минут чемодан был собран. Лариса Петровна суетилась, металась, что-то бормотала под нос, Виктор ходил за ней хвостом, то помогая запихнуть халат, то вынимая его обратно, потому что не влазит, то опять пытался втиснуть.
— Лариса Петровна, вы забыли список покупок, — холодно напомнила Алена, протягивая бумажку двумя пальцами.
— Оставь себе, — отрезала та. — Может, научишься, наконец, правильно вести хозяйство.
— Ну да, — кивнула Алена. — Научусь. Без вас как-то попробую.
Они собрались у двери. Виктор оглянулся.
— Алена… может, ну его… давай по-нормальному…
— По-нормальному?! — Алена оттолкнула его руку от косяка. — По-нормальному, Витя, ты должен был сказать, когда твоя мамочка впервые полезла менять мои шторы. Но ты промолчал. И второй раз. И третий. Так что теперь — нормально. ОЧЕНЬ нормально.
Лариса Петровна подняла подбородок:
— И вообще, ты никогда Вите не подходила. Женщина после сорока — это уже не женщина, это… ну, сами знаете.
Алена засмеялась. Так громко, зло, на весь подъезд.
— Господи… Да вы ещё и возрастом меня попрекаете?! Да вы… да вы…
— Всё. Поехали, мама, — Виктор схватил чемодан. — Пошли…
— Куда поехали?! — вдруг встрепенулась Лариса Петровна. — Ты чего? Я думала — ты остаёшься!
— Мам… Ну… — он замялся. — Некуда. К тебе. Пока.
— Ко мне?! — Лариса Петровна округлила глаза. — Так у меня ремонт!
