— Ага. Сначала деньги на долги, потом — на массажное кресло, а дальше, думаю, планировала взять ипотеку на Луну. — Антонина отпила из бокала и нервно усмехнулась. — Интересно, сколько стоит парковочное место возле кратера Коперник?
— Ты не поверишь… — вздохнула Ирина, опустившись рядом на диван. — Но у меня такое ощущение, что эти Людмилы Сергеевны — это как вирус. У меня у подруги была ровно та же история! Свекровь сначала просила денег, потом уговорила взять кредит, а потом они всей семьёй её и кинули. Так что держись, подруга. И крепче.
Антонина молчала, глядя в окно. За стеклом вечерний город лениво перелистывал огни витрин, фары машин сновали, как светлячки. Люди жили своей жизнью. Не подозревали, что в её мире прямо сейчас происходит нечто важное. Очень важное. Поворотное.
— Ира… — она задумчиво водила пальцем по ободку бокала. — А ведь я… Я же реально всё тащу одна. Весь этот «брак» — это я, мои силы, мои деньги, мои надежды. А он? Он просто жил рядом. Пользовался.
— Ты это всегда знала, Тоня. Просто не хотела себе признаться.
— А знаешь, — вдруг оживилась Антонина, — я ведь сначала думала: ну, трудный период, ну, справимся. Я работаю — он ищет. Потом: ладно, ищет дольше, но он хороший человек. Потом — ну, всё равно семья, надо поддержать… И вот так — шаг за шагом — я дошла до того, что его мама теперь решает, что моя квартира — это, оказывается, их общая собственность!
— Ага, — мрачно подтвердила Ира. — И это у них называется «семья».
— Да к чёрту такое! — Антонина вскочила. — Всё, Ир, я решила. Я покупаю машину. Мне плевать, что скажет Вадим. Мне плевать, кто там чем недоволен. Я работала на это. Я — не банк для безнадёжных кредитов его мамаши.
Ира внимательно посмотрела на подругу, потом медленно кивнула:
— А дальше… — Антонина на мгновение замолчала. — Дальше — начинаю жить для себя. Понимаешь, Ир? Не для него, не для его мамы. Для себя.
Телефон дрогнул на столе. Пять пропущенных от Вадима. Три — от Людмилы Сергеевны. Потом снова Вадим. Снова свекровь. Потом — СМС: «Где ты шляешься?!»
Антонина взяла телефон и спокойно включила авиарежим.
— Правильно, — кивнула Ира. — Давай, наливай ещё. Сейчас будем составлять план твоей новой жизни. Пункт первый — покупка машины. Пункт второй —…
— Финансовая свобода, — улыбнулась Тоня. — Третье — эмоциональная свобода.
Антонина на секунду задумалась.
— Четвёртое… — медленно сказала она, — может быть, подумать…, а нужна ли мне вообще такая семья?
Ира приподняла бровь, посмотрела на подругу и тихо произнесла:
— Вот это уже, подруга, настоящая революция.
На следующее утро Антонина проснулась с ясной головой и железным намерением.
Первым делом — в салон. Нет, не красоты — автосалон. Та самая «Киа Рио», белая, с салоном в идеальном состоянии, ещё вчера казалась ей чем-то почти недостижимым. А сегодня — цель.
