— Я думаю, она его шантажирует чем-то. Он изменился после свадьбы, стал каким-то… запуганным. А потом подписал документы о моём переводе сюда. Якобы для лечения.
Мирон вспомнил, как отец в последние месяцы перед «смертью» бабушки почти не появлялся дома, много пил…
— А похороны? Как она это устроила?
— Не знаю, — бабушка покачала головой. — Меня к тому времени уже перевели сюда, а документы… Она умеет обходиться с бумагами. И с людьми.
В следующие дни Мирон с помощью Ильи собирал доказательства. Они нашли предыдущих мужей Юлии, документы о продаже квартир, выписки из банков. Картина складывалась пугающая: профессиональная мошенница, годами оттачивавшая свой «почерк».
Развязка наступила неожиданно. Юлия сама спровоцировала её, решив ускорить продажу бабушкиной квартиры.
— Завтра сделка, — объявила она за ужином. — Константин, не забудь взять паспорт.
Отец молча кивнул, не поднимая глаз от тарелки. Мирон посмотрел на них обоих и вдруг почувствовал, что больше не может молчать.
— Не будет никакой сделки, — его голос прозвучал неожиданно твёрдо.
Юлия медленно повернулась к нему:
— Я сказал — не будет сделки. Потому что бабушка жива, и квартира принадлежит мне по завещанию, которое она составила ещё до твоего появления.
Вилка выпала из рук Юлии, звякнув о тарелку. Отец поднял голову, в его глазах мелькнул страх.
— Что за глупости… — начала Юлия, но Мирон перебил её:
— Можешь не продолжать. У меня есть все доказательства. И не только по бабушке — по всем твоим предыдущим «операциям». Сейчас сюда едет следователь. Он очень заинтересовался твоей биографией.
Юлия побледнела. Она перевела взгляд на мужа:
— Костя, ты слышишь, что он несёт? Это же бред…
— Не бред, — впервые за долгое время отец посмотрел ей прямо в глаза. — Я всё знал. Просто… ты ведь не оставила мне выбора, верно?
— Выбор есть всегда, — Мирон достал телефон. — Я вызвал полицию десять минут назад. Они будут здесь через пять минут.
Юлия вскочила из-за стола. Её идеальная маска треснула, обнажив истинное лицо — злобное, искажённое страхом.
— Вы пожалеете об этом, — прошипела она. — Оба пожалеете!
Она бросилась к выходу. Мирон не стал её останавливать — в подъезде уже ждали оперативники.
Прошёл месяц. Бабушка вернулась домой, постепенно приходя в себя после двух лет заточения. Отец прошёл курс лечения от алкоголизма и теперь медленно восстанавливал отношения с сыном. А Юлия… Юлия исчезла. Полиция нашла её машину на границе с Финляндией, но самой её след простыл.
Мирон стоял у окна в бабушкиной квартире, глядя на закат. Он знал, что это не конец. Такие люди, как Юлия, не сдаются просто так. Она вернётся — может быть, через месяц, может быть, через год. И к этому нужно быть готовым.
Но сейчас главное было другое: правда вышла на свет, а значит, тьма отступила. По крайней мере, на время.
— Мироша, чай готов! — голос бабушки вернул его к реальности. — Иди, остынет.
