— А ты заставь! — шипела Людмила Петровна. — Или ты хочешь, чтобы после развода она ещё и половину квартиры оттяпала?
— Мам, ну как я могу…
— Как?! Ты мужик или тряпка?!
Алина толкнула дверь.
Они обернулись — Максим с виноватым взглядом, свекровь с торжествующей ухмылкой. На кровати лежала стопка документов.
— Обсуждаем мою будущность? — Алина скрестила руки на груди.
— Алина… — Максим сделал шаг вперёд.
— Не Алина, а «бывшая», — перебила Людмила Петровна. — Мы тут решили, что тебе пора съезжать.
— Мы? — Алина посмотрела на мужа.
— Это… временно, — пробормотал он. — Пока мама не успокоится.
— Успокоится? — Алина засмеялась. — Она не успокоится, пока не вышвырнет меня на улицу!
— Не драматизируй, — фыркнула свекровь. — Ты взрослая женщина, найдешь где жить.
— В шесть вечера, под дождём?
— Не нравится — подпиши отказ от имущества, — Людмила Петровна ткнула пальцем в бумаги. — Тогда хотя бы останешься прописанной.
Алина взяла верхний лист.
Согласие на снятие с регистрационного учёта…
— Ты хочешь, чтобы я добровольно выписалась? — её голос дрогнул.
— Ну или собирай вещи, — пожала плечами свекровь.
— Ты… — Алина сжала документ в кулаке. — Ты действительно это одобряешь?
— Я… — он посмотрел на мать, потом на жену. — Мне нужно подумать.
— Подумать? — Алина медленно разжала пальцы. Бумага упала на пол. — Ты уже всё решил.
Она повернулась и вышла в коридор. За спиной раздались шаги — Максим догнал её, схватил за руку.
— Зачем? — Алина вырвалась. — Чтобы услышать, как ты ещё раз выбираешь её?
— А я твоя жена! — её голос сорвался. — Или уже нет?
— Всё понятно, — Алина глубоко вдохнула. — Я ухожу.
— Это тебя больше не касается.
Людмила Петровна стояла в дверях спальни, скрестив руки.
— Не забудь паспорт, — сказала она. — Для выписки.
Алина взяла чемодан и вышла в подъезд. Дверь захлопнулась за её спиной.
На улице лил дождь. Вода затекала за воротник, но Алина не ускоряла шаг.
«Стертая из кадастра. Стертая из жизни.»
В кармане зазвонил телефон. Максим. Она выключила звук.
Теперь у неё оставался только один путь — вперёд. Без него.
Зал суда № 14 напоминал больничный морг — холодные стены, запах пыли и формальности. Алина сидела на жесткой скамье, сжимая в руках папку с документами. Через проход, за другим столом, расположились Максим и Людмила Петровна. Свекровь щелкала длинными ногтями по крышке телефона, бросая на неё победные взгляды.
— Дело № 3-4782 по иску Алины Сергеевой к Максиму Волкову о восстановлении права пользования жилым помещением, — монотонно объявил судья, поправляя очки.
Алина глубоко вдохнула.
— Истец, изложите вашу позицию.
Она встала, чувствуя, как дрожат колени.
— Я была вынуждена покинуть квартиру из-за систематического давления…
— Какое ещё давление! — фыркнула Людмила Петровна.
— Ответчик, соблюдайте порядок! — судья ударил молотком.
— Прошу прощения, ваша честь, — Максим потянул мать за рукав.
